О хлебе насущном

15 августа 2019

Есть у песни Ольги Воронец золотые слова: «Хлеб всему голова, хлеб всему голова!» Хлеб нужен человеку, еще больше — животным и птице. В этой статье речь — о продовольственной пшенице, без которой хлеб будет только черный, ржаной, а хочется и белого хлеба, и булок, и пряников, и крендельков… Но для этого пшеница должна быть 1,2 и 3 класса, ну и на подсортировку сгодится и 4 класса качества.

Но что­то в последние годы мало заготавливается качественной пшеницы, все больше — 5 класс, фуражная. Ладно, пшеница 1­2 класса качества в нашей почвенно­климатической зоне не родится — солнца маловато. Но для 3­го класса­то условия у нас подходящие. В чем же дело? Может быть, климат изменился в худшую сторону? Ничего подобного! Наблюдается глобальное потепление климата, что как раз «на руку» пшенице, ведь для количества и качества клейковины — главному показателю ценности пшеницы, чем больше тепла — тем лучше!

Может быть, сортовой состав пшеницы изменился в худшую сторону? Здесь есть пища для размышления, ведь большие площади заняты так называемыми «хорошими филлерами», дающими более высокий урожай по сравнению с пшеницей сильных и ценных сортов. Но какой бы филлер не был хорошим, он уступает пшенице 3 класса по качеству. Но! Даже при большом удельном весе пшениц­филлеров пшениц сильных и ценных по качеству сортов в посевах вполне достаточно, чтобы обеспечить республику хорошим хлебом собственного производства!

А дело в том, что внимание к качеству пшеницы за последние двадцать лет ослабло, как в центре, так и на местах. Все пущено на самотек со всеми вытекающими отсюда последствиями!

А ведь может республика обеспечить себя хорошим хлебом! Все это мы проходили в 90­е годы прошлого столетия. Как говорится, без прошлого нет настоящего и будущего.

Давайте вспомним, как было поставлено дело с хлебопекарной пшеницей в недалеком прошлом, лет тридцать назад. До 1993 года речь об обеспечении республики продовольственной пшеницей собственного производства даже не шла, вся пшеница предназначалась на корм скоту, а продовольственная завозилась в основном из­за границы: Канады, Франции, Югославии, даже Финляндии и т.д. Об этом свидетельствуют архивные документы бывшего производственного объединения «Татхлебопродукт».

Но вот в 1993 году первый Президент РТ М. Шаймиев бросил клич «заготовить из урожая 1994 года хотя бы 100 тысяч тонн», а затем перейти на полное обеспечение населения республики собственной продовольственной пшеницей.

И ведь перешли!

И это — при годовой потребности РТ в продовольственной пшенице в объеме всего 290 тысяч тонн. Задача была решена!

За счет чего? Да за счет усиления внимания к качеству пшеницы при ее выращивании и подготовке на токах хозяйств, за счет дифференциации закупочных цен на пшеницу в зависимости от качества, за счет образования премиального фонда для поощрения работников всех звеньев, причастных к производству и заготовкам пшеницы 3 и 4 классов.

Во­первых, было выявлено, что элеваторы были просто не заинтересованы в дифференциации поступавшего из колхозов и совхозов рес­публики зерна по качеству. Зерно сваливалось в общую кучу, потом «в мутной воде переработчики ловили рыбку». Через руководство республики ситуацию исправили: раздельно стали принимать пшеницу 3, 4 классов и фуражную.

Было обращено внимание на жесткость воды, применяемой на элеваторах для отмывки клейковины. Многие элеваторы и ХПП, как выяснилось, при отмывке клейковины применяли воду с жесткостью более 7 миллиграмм­эквивалент/литр, что не допустимо. Для контроля за жесткостью воды при отмывке клейковины все 43 инспектора по заготовкам и качеству продукции районных управлений сельского хозяйства были вооружены мини­лабораторией для определения качества воды. Вода с жесткостью более 7 мг­ экв./л была заменена на менее жесткую, что очень заметно повлияло на перевод пшеницы с 5 класса в 3 и 4 классы при содержании клейковины соответственно более 23 и 18%.

Увы, сегодня на жесткость воды при отмывании клейковины в настоящее время никто из сельхозпроизводителей не обращает внимания, не имея об этом ни малейшего представления. А зря! Соли кальция и магния разжижают клейковину, снижают ее упругость. Особенно это имеет большое значение на стыке групп качества клейковины, когда одну и ту же пшеницу при отмывке клейковины водой разной жесткости можно отнести к разным классам. Естественно — не в пользу хлебосдатчиков.

Известно, что прибор ИДК для определения упругости (деформации) клейковины градуировался на московской воде с жесткостью 3,5 мг­экв./л. А это значит, что показания ИДК точны и объективны только для воды именно с такой жесткостью. Другая величина жесткости ведет к искажению данных, при высокой жесткости показатели качества клейковины снижаются. По этому поводу в МСХ и П РТ было подано рацпредложение, которое 1 апреля 1996 года было благополучно зарублено на заседании научно­технического совета МСХ и П РТ.             По этому же поводу в Москву 16 августа 1995 года была подана заявка на изобретение, которым предусматривалась отмывка клейковины водой любой известной жесткости с переводом показаний на жесткость воды 3,5 мг­экв./л. 27 января 1998 года это было признано изобретением под названием «Способ оценки качества клейковины в зерне пшеницы», на что был выдан патент №2103680. Патентообладателем является НПО «Нива Татарстана» (ТАТНИИСХ). Этот патент вот уже почти 20 лет пылится в ТАТНИИСХозе. А надо бы дать ему ход и добиться изменения нормативной базы при определении качества клейковины пшеницы, то есть узаконить это изобретение. Это и сейчас не поздно сделать! Но кому это надо и кто этим займется?

Говорят, что все новое — это забытое старое. Может быть, повторить эпопею 1994­98 годов по увеличению объемов заготовок продовольственной пшеницы до объема полной ее потребности?

Конечно, сейчас другие времена. Но качественный хлеб нужен всегда! К сожалению, государство почти полностью самоустранилось от хлебозаготовок. Этим занимаются частники, то есть, все, кому не лень. И, не дай Бог, случится какой­то катаклизм, когда буханка хлеба подорожает в десятки раз, как это было более 75 лет назад.

Хлебозаготовками, убежден, должно, обязано заниматься государство. С доведением заказа до конкретных хозяйств, с твердыми, заранее известными закупочными ценами, с дифференциацией цен в зависимости от класса пшеницы и т.д. Хотя бы для того, чтобы агрономы и механизаторы делали те же крайне важные для увеличения количества клейковины внекорневые подкормки пшеницы мочевиной не «наобум Лазаря», а осознанно, с уверенностью, что дополнительные затраты окупятся более высокой закупочной ценой.

Начались хлебозаготовки. Как они происходят, я не знаю. Все элеваторы и ХПП находятся в частной собственности, закрытой для посторонних глаз. Кто контролирует качество продаваемого (ранее — сдаваемого) хлеба, я тоже не знаю. Знаю, что при Россельхознадзоре есть отдел испытательной лаборатории по определению безопасности и качест­ва продукции. Это отголоски ГХИ — Государственной хлебной инспекции­. А вот какое влияние эта бывшая ГХИ имеет на качество продаваемого кому и куда попало зерна — я тоже не знаю. Кто поможет мне, агроному с 58­летним агрономическим стажем, разобраться в этой кухне?

Надо бы в этой статье напомнить и об агротехнике возделывания и получения качественной продовольственной пшеницы. Но делать этого не буду намеренно, чтобы не увести мысли читателей от главного. Дело в том, хорошая качественная пшеница была в республике и раньше, есть она, наверняка, и сейчас. Все­таки есть во многих хозяйствах чистые и занятые пары, хорошие предшественники вроде гороха и рапса, многолетние травы. Имеется перечень неплохих сортов. Активно идет углубление пахотного горизонта. Построено около 100 растворных узлов для нормализации воды и повышения эффективности защитных мероприятий на полях и листовых подкормок…

То есть нет ничего такого, чтобы препятствовало получению качественной продовольственной пшеницы. В чем же вопрос? В определении ее качества. Кто определяет и как? И не ловит ли кто­то рыбку в мутной воде?

Завершая статью, все же не могу кое­что сказать и о технологии. Прекрасную пшеницу можно легко загубить долгой доставкой с поля зернового вороха до зерноочистительного агрегата. Ворох — это живой мир: с различными примесями, миллионами экземпляров жучков, паучков, клещей, клопов и т.д. Он очень быстро греется, что отрицательно сказывается на качестве зерна. Если долго стоят комбайны с полными бункерами в ожидании транспорта, если расстояние от поля до зерноочистительного агрегата очень большое, если на токах и на площадках элеваторов неочищенная пшеница лежит очень долго, тем более, если при этом она высокой влажности… Все это те узкие места, в которых сгорает клейковина, теряются ее хлебопекарные свойства. Увы, из­за того, что в крупных агрохолдингах, а это значительная часть хлебной нивы республики, практикуется вывоз зерна с полей прямо на элеватор, расстояния эти бывают нередко очень большими.

Иосиф Левин, заслуженный агроном РТ, бывший руководитель группы «Продовольственная пшеница» при ТАТНИИСХозе (1994-98 г.).

 

Вернуться в раздел "АПК: опыт, проблемы, поиски..."

Комментарии: