«Хороший трактор должен работать круглосуточно…»

15 февраля 2018

В непростых экономических условиях в хозяйствах республики идет подготовка к весенне-посевной кампании. Один из ключевых моментов — состояние техники.

Наш корреспондент встретился с заместителем министра сельского хозяйства и продовольствия РТ Тальгатом Тагирзяновым, чтобы расспросить его о готовности «стальных коней» и не только об этом.

— Тальгат Галим­зянович, не много времени осталось до полевых работ. Каков в этом году технический потенциал сельхозтоваропроизводителей рес­публики?

— Машинно­тракторный парк АПК республики насчитывает 14 тыс. тракторов, 6,3 тыс. зерновых сеялок, 620 широкозахватных посевных комплексов, 6 тыс. культиваторов, комбинированных агрегатов и другой техники. Сейчас в хозяйствах в разгаре ремонт сельскохозяйственной техники. В 723 пунктах ремонта сельхозмашин и 657 ремонтных мастерских проводится ремонт и регулировка посевной и почвообрабатывающей техники, где задействовано 2,7 тыс. слесарей в составе 862 ремонтных звеньев.

На 1 февраля техни­ческая готовность состав­ляет: тракторов — 71%, зер­новых сеялок — 79%, посевных комплексов — 60%, культиваторов — 82% и комбинированных агрегатов — 70%.

— Достаточно ли это, чтобы провести весенне-посевную кампанию в оптимальные агротехнические сроки?

— Сегодня мы имеем 159 л.с. на 100 га посевов. Данный технический потенциал позволяет провести по­сев яровых зерновых культур в двухнедельный срок. Другое дело, удастся ли своевременно весь имеющийся парк техники привести в сос­тояние полной готовности? Для восстановления техники закуплено запасных час­тей на сумму более 1 млрд. рублей, что составляет около 30% от потребности. Вопрос, где взять деньги на закупку недостающих запчастей? Урожай зерна лежит в складах, продать не смогли, а если кто­то и продал, то по низкой цене. Снизились цены на молоко. Поэтому есть ряд хозяйств, у которых будут проблемы.

Тем не менее, перед сельхозпроизводителями поставлена задача к 1 апреля поставить на линейку готовности весь комплекс техники, задействованной на посевной кампании.

Для оценки уровня под­го­товки техники к весенне­полевым работам службой механизации Министерства сельского хозяйства и продовольствия РТ ежегодно проводятся конкурсы­приемки, где комиссионно оценивается на местах качество ремонта каждого посевного и почвообрабатывающего аг­регата, состояние тракторного парка, уровень организационных мероприятий и т.д.

Сейчас больше беспокоит даже не состояние техники — наши сельхозпроизводители умеют мобилизовываться. Тревожит большое удорожание топлива — по сравнению с прошлым годом почти на 10 рублей за литр. Если весной прошлого года мы покупали дизельное топливо по 33 руб. 50 коп. за литр, то сейчас оно 42 руб. на рынке. И прогнозы неутешительные. Рыночная экономика! Нефтяников тоже можно понять — бензин и дизтопливо они вынужденно продают там, где дороже. Потому что государству нужны деньги в бюджет, нужны налоги. И все же опять­таки наши надежды связаны с нефтяниками — они нас выручают все последние годы, снижают цены на ГСМ для посевной, надеемся, что подсобят и на этот раз.

— Есть ли у хозяйств возможности до начала посевной укрепить свой машинно-тракторный парк? Какими государственными программами поддержки сельчане смогут воспользоваться?

— Техническая и технологическая модернизация последних лет, проводившаяся по республиканской программе (60:40), дала во­з­можность сельчанам не толь­ко удержать, но и значи­тельно повысить энергообеспеченность. 2 млрд. рублей бюджетной поддержки в год только по данной программе позволили ежегодно приобретать около 3 тыс. единиц различной техники и оборудования, в том числе около 400 тракторов и 200 комбайнов. Только в прошлом году по специальной республиканской тракторной программе было закуплено 107 энергонасыщенных, мощ­ностью по 350­400 л.с., тракторов, тогда как в предыдущие годы мы приобретали по 30­40 таких тракторов. Кроме этого, такая техника завозилась и в лизинг — всего приобретено около 130 мощнейших тракторов. Таким образом, за три последних года энерговооруженность хозяйств республики возросла на 6 л.с. на 100 га пашни­.

Но нельзя останавливаться на достигнутом, необходимо продолжать планомерное техническое перевооружение. Для этого работает федеральная программа «1432», согласно которой бюджет возмещает 15% стоимости техники, и лизинг на выгодных для хозяйств условиях.

— А внутренние резервы хозяйств Вы видите?

— Сельхозпроизводители существуют за счет производства и реализации продукции животноводства и растениеводства, и нельзя быть успешным без снижения их себестоимости и повышения производительности труда. В нынешних условиях этого можно достичь только путем технического перевооружения. Если мы в начале 2000­х годов производили продукции на 1­го работника на 270 тыс. руб., то в последние годы этот показатель — на уровне 1,3 млн. рублей.

Современные комбинированные широкозахватные посевные комплексы и почвообрабатывающие агрегаты, мощные энергонасыщенные, высокопроизводительные тракторы и комбайны дают возможность сокращать материальные и трудовые затраты, совмещать несколько операций за один проход в растениеводстве. Доильные залы и роботы­дояры, мобильные миксеры­кормораздатчики в животноводстве способны в разы сократить потребность в операторах и скотниках, что актуально при нехватке рабочих рук на селе. Однако это все не означает, что мы научились эффективно использовать технику. Энергонасыщенные тракторы и посевные комплексы должны работать круглосуточно, для чего на каждый надо иметь по два полноценных механизатора. Где дело поставлено именно так, успехи налицо. Системы параллельного вождения, навигаторы позволяют работать тракторам и днем, и ночью.

Мы как говорим: на 5000 га — один мощный трактор на 425­450 л.с., один мощный посевной комплекс и один комплексный почвообрабатывающий агрегат — вот и все, этой техникой и почву можно вовремя обработать, и посеять без опозданий. Но — работать круглосуточно! И не надо собирать по 5­6 МТЗ­1221. Это тоже хороший трактор. Но им и ГСМ, и запчастей надо больше, и механизаторов — в две смены это 10 человек. Лучше двум механизаторам хорошо платить, чем понемножку десятерым. За копейки никто сейчас работать не будет, не то время.

Да, надо устанавливать средства удаленного контроля за использованием техники, трекеры, чтобы с айпада, находясь в любой точке планеты, видеть, что делает трактор, контролировать расход горючего, даже слив «налево».

А возьмем программу перевода техники на газомоторное топливо. У нас в АПК большая часть автомобильного транспорта сжигает бензин — А92 и А95. Но он намного дороже газа. Вон, в Казани, почти все таксисты перевели свои автомобили на газ. Потому что они эксплуатируют свои машины, и затраты на эксплуатацию — это их затраты.

У нас на селе все это идет с трудом, будто мы очень богатые. А ведь государство при переводе техники с бензина на газ компенсирует 30% затрат, да еще «Газпром» дает 1,5 тонны призовых за каждую машину. За 4 месяца затраты окупаются. Экономика­то налицо! Бензин стоит 40 рублей, газ — 13 рублей. Переводи!

Вот такие есть резервы. Кто что­то хочет сделать, их находит и использует, кто не хочет — ищет оправдания. Сидеть сложа руки и плакаться — это не выход. Снижение себестоимости продукции — вот в нынешних реальных условиях путь решения проблем. У нас есть хозяйства, которые благодаря минимальным технологиям получили в прошлом году зерно с себестоимостью около 3 рублей. Приверженцы классической технологии в это верить не хотят, потому что у них затраты значительно больше.

— Вопрос, пожалуй, не «технический», но важный. Деревня стареет. Пора кричать «караул»?

— Нам надо увеличивать производительность труда. Что такое производи­тельность труда? Это конкурентное преимущество. Чем больше мы производим на одного работника, тем мы более конкурентоспособны. У нас в сельском хозяйстве постоянно работающих осталось 65 тыс. человек, это всего 2% от населения Татарстана. Мы уже догнали по этому показателю развитые страны и в ближайшей перспективе будем идти по этому пути. В Японии средний возраст фермера — 67 лет, и там тоже молодежь на селе не остается.

Молодежь будет работать там, где есть деньги, и мы обвинять ее в этом никакого права не имеем. Молодым надо обеспечивать условия. Сегодня на работу можно ездить за 50­60 км без проблем — дороги хорошие. Утром приехал, отработал пусть не 8, а 12 часов, сел в машину и вернулся домой. Нужен лишь достойный заработок. А жить он будет в городишке, где есть инфраструктура: детские сады, школа с уклоном, с секциями и кружками, кинотеатр, магазины, больницы, асфальт, там, где много народа и где не ощущаешь себя оторванным от цивилизации изгоем. Мы же до сих пор хотим возродить богом забытую деревню, куда бы молодежь возвращалась. Не будет этого. Во всем мире нет такого. В цивилизованных странах тоже есть брошенные фермерские хозяйства. Зачем, к примеру, тому же ветеринарному врачу жить в деревне? Да пусть он живет в городе и обслуживает в округе дойные и мясные стада. И землю мо­жно обрабатывать мобильными мехотрядами, такой опыт у нас есть.

 

Интервью взял

Тимофей ТРОИЦКИЙ.

Вернуться в раздел "Актуально"

Комментарии: