Надежды маленький оркестрик

12 июля 2018

Чем больше проходит времени, тем больше у меня ностальгии по колхозам. По тем колхозам, с которыми еще до горбачевской перестройки и ельцинской шоковой терапии  своим пером боролся, как мог. За их бесхозность, уравниловку и безответственность.

Теперь на селе все частное. Стало ли лучше? Урожаи и надои стали выше. Социальная инфраструктура мощнее: больше асфальтированных и щебеночных дорог, практически везде – сетевой газ, водопровод, телефон, капитально ремонтируются школы, детсады, клубы…

Но что-то уходит из села. Что-то очень важное. Может, это просто молодость закатывается за горизонт  и отсюда – минорное настроение? Возможно. Но почему с моим настроением так резонирует настроение многих жителей села? И не только возрастных…

Я останавливаю свой автомобиль возле молочно-товарной фермы ООО АФ им. Гаврилова Пестречинского района. Полшестого, мерно гудит вакуумный насос, идет утренняя дойка. Осматриваюсь. Вроде бы, не все так плохо. С одной стороны дороги видны еще довольно крепкие конструкции зернотока: зерноочистительного агрегата, складов, обширной крытой площадки. Давно ли здесь проходил всероссийский семинар-совещание по вопросам внедрения передового опыта в растениеводстве? А уже двадцать лет прошло.  А что сейчас? Сейчас, после череды смены инвесторов хозяйство волочит за собой путы банкротства. Уже три года. Следы бесхозности бросаются в глаза не так явственно:  те, кому доверено сохранить все, что имеется, до лучших времен, стараются. Но… При числящихся на бумаге 346 коровах доится на ферме всего 96. Остальные вывезены в неизвестных направлениях. Помещения пустуют.

Подобно своему земляку майору Гаврилову, защищавшему Родину от фашистов и совершившему свой подвиг в стенах Брестской крепости на далекой уже войне, «насмерть» стоит и доярка с многолетним стажем Надия Валиева. 36-й год она уже торит тропу из родного села под названием Конь на ферму, скоро на пенсию, и хочется ей уйти на заслуженный отдых «непобежденной». Последний раз она получила зарплату за апрель – 7 тыс. рублей, но не сдается.

- А куда в моем возрасте пойдешь? – говорит она. – Буду уж здесь дорабатывать…

На ее попечении 48 коров, еще столько же обслуживает другая доярка – Фания Даминова. Еще здесь три года «сражается» Екатерина Сафиуллина – она техник-осеменатор, она же ветврач и она же телятница. Плечо к плечу с ними заместитель директора Фердинант Валеев, которому приходится «по совместительству» бывать и за скотника – раскидывать с тракторной тележки на кормовой стол сенаж. 

- Когда три года назад долги этого хозяйства перевалили за сто миллионов и банк-кредитор  инициировал процедуру банкротства, на этой ферме было еще 400 коров, а суточный валовой надой молока превышал  5 тонн. Сейчас мы доим 1 тонну, - информирует Фердинант Абдулахатович.

Одна тонна молока на 98 коров – это чуть больше 10 килограммов в день. Это в июле-то, на зеленых кормах. С другой стороны – что тут удивляться, если утром на кормовом столе у буренок лежала прошлогодняя побуревшая сенажная масса, слегка сдобренная мукой. И после этого животных выгнали не на пастбище с тучными травами, а на грязную карду с тюками прошлогодней соломы и сена.

По словам Валеева, люди, несмотря ни на что, живут надеждой. Поэтому и посевную провели более-менее успешно. Он сказал, что из 3300 гектаров пашни 1300 гектаров засеяно озимыми культурами, 1200 – яровыми зерновыми, зернобобовыми и крупяными и 800 гектаров занимают многолетние травы. Если три последние цифры сложить, то получится исходная. С арифметикой у замдиректора все в порядке. Но вот мы едем по проселочной дороге, рядом с которым протянулось непаханое поле с торчащими на нем кукурузными кочерыжками: интересно,  его куда отнесли – к озимым или яровым?

Тут же в памяти воскрешаю сетования Надии Валиевой: «Даже кормосмесь нынче не посеяли…».

На этих «костях» некогда сильного колхоза весьма забавно выглядит боевой настрой руководителя районного подразделения филиала Россельхозцентра по РТ  Халима Миннибаева. Халим Хамбалович уполномочен районным руководством быть куратором умирающего хозяйства, и опытный специалист всеми фибрами души старается поддержать тлеющуюся здесь хозяйственную жизнь: внедряет биопрепараты на полях, организовал сабантуй, а на днях привел на многолетку целый кормозаготовительный отряд  из соседних Шалей – механизаторы приступили к  закладке сенажа. По сути, Миннибаев здесь отдувается за все руководство района.

У того, кто проектировал и строил сенажные траншеи в хозяйстве имени Гаврилова, пусть руки отсохнут. Это не траншеи – это бомбоубежища, только без крыши над головой. И талые, и дождевые воды, и масляная кислота скапливаются в них, как в болоте. Даже в единственной подготовленной к закладке сенажной массы траншее после недавнего дождя стояла вода. До остальных, похоже, у временной администрации хозяйства просто руки  не дошли: они были не очищены ни от остатков корма, ни от грязи, да и жижи в них было изрядно. И хотя Валеев, делая корреспонденту экскурсию по ферме, не без гордости показал на группу нетелей и телок на карде – вот, мол, не сидим сложа руки, готовим обновление молочного стада, заброшенность кормового двора, низкие темпы  кормозаготовки свидетельствовали больше о состоянии душевной обреченности здешних работников, чем об энтузиазме. Да, в прошлом году это хозяйство приобрело сенокосилку, трактор К-700, кормоуборочный комбайн КСК, пневматическую сеялку, плуг. Но это – в прошлом году. Нынче какие-либо приобретения делать не на что – денег даже на зарплату не хватает.

- В 2016 году цена за литр молока превышала 20 рублей, а во второй половине прошлого года цены рухнули вниз, и сейчас мы его продаем по 14 рублей, - сетует замдиректора. – Гречихи сто тонн намолотили, думали, как в 2016 году, по 27 рублей за килограмм продадим – жизнь веселей станет. А в 2017 году цены на нее упали до 9-10 рублей…

Первый укос многолетних трав, который в большинстве хозяйств республики завершен,  здесь может затянуться до середины июля, а то и более. Все будет зависеть от прибывшего со стороны отряда, который будет убирать урожай по схеме 50:50. Это значит, что половина урожая будет заложена на кормовом дворе банкротного хозяйства, а половину отряд увезет с собой. Стебли люцерны уже огрубели, одревеснели, о качественном корме на зиму в такой ситуации говорить не приходится. Ладно, что хоть прессованного сена сумели заложить на складе сто с небольшим тонн.

… Здесь, в ООО АФ им. Гаврилова, остро осознаешь, что в аграрной политике мы идем куда-то не туда. Рассчитывали, что рыночные отношения разбудят энтузиазм народных масс,  и страна горы своротит. И ведь нельзя сказать, что допущена какая-то стратегическая ошибка.  Разве построили  бы без энтузиазма сельчан и господдержки в нашем Татарстане столько семейных ферм? Разве было бы без веры в будущее столько начинающих фермеров? Столько укрупняющихся личных подсобных хозяйств? Вряд ли.

Но сегодня сельчане – как рыбы, выброшенные на песок. Те, кто, получив господдержку,  построил фермы и подписал договора, что пять лет будут держать поголовье, сейчас чувствуют себя обманутыми. Они составляли свои бизнес-планы и рисовали свое будущее, ориентируясь на одни цены, а сегодня реалии совсем другие. И им тем более обидно, что в магазинах-то цены не снизились. У кого осела маржа?

В ООО АФ им. Гаврилова, хотя и находящимся три года в состоянии банкротства, тоже не теряли надежды. И поля худо-бедно засевали, и поголовье скота старались сохранить, и технику закупали. Нынче, если судить по фактам, все больше и больше и в мыслях, и в делах здешних работников безнадеги. Долгов еще 90 миллионов рублей, а распродавать уже почти нечего: почти все распродано – скот, тракторы, комбайны.

… И все же замки на складах, где еще лежит зерно, и на воротах перед фермой, и создающийся запас нового сена, и работающий отряд по заготовке сенажа, и отсутствие в людях равнодушия, их горячность в суждениях говорят о том, что «Конь» еще не стреножен. Иначе не стал бы муж доярки Надии Валиевой – механизатор Фархат так надрываться, с весны до осени работая, не зная отдыха, на полях, а зимой – на ферме.  И не убивался бы на посевной механизатор Рафиль Галиев, занявший второе место после Фархата.  Не стал бы и Линар абы Галимуллин, уже будучи на пенсии, снова и снова по просьбе руководства хозяйства трудиться сварщиком, помогая приводить в рабочее состояние изношенную технику. Да и замдиректора Фердинант Валеев  вряд ли стал бы брать в руки вилы, заменяя загулявшего скотника, и двужильная Екатерина Сафиуллина, пожалуй,  не стала бы крутиться, как белка в колесе, успевая и там, и тут.

Насколько хватит в них еще теплящейся искорки? 

 

Владимир Белосков.

На снимках: банкротное хозяйство им. Гаврилова Пестречинского района.

Фото автора. 

Вернуться в раздел "Под острым углом"

Комментарии: