Принцы и нищие

18 декабря 2014

По данным Росстата, средняя зарплата федеральных чиновников в этом году выросла на 18 процентов. И количество бедных­ в России, по свидетельству вице­премьера правительства РФ Ольги Голодец, увеличилось на полмиллиона человек. Теперь каждый девятый гражданин нашей страны — за чертой бедности­.

Новый год для всех будет разным. Да что год, первые же дни 2015­го — продолжительные рождественские каникулы — будут разными. Героев светских журналов, шокирующих россиян рассказами о бестолковых горничных, шеф­поварах и ветврачах, следящих за настроением хозяйских собачек, ждут горнолыжные курорты Австрии и Франции. А, к примеру, 35­летней жительнице Башкирии Людмиле Максимовой придется мастерить подарки для сына и дочери из лоскутков. Супругов Елену и Николая Гончаровых в Барнауле перед праздниками могут вышвырнуть на улицу — мэрия продала их развалюху под новую застройку. Малообеспеченным землякам Жерара Депардье, многодетным и неполным семьям Саранска, нужно готовиться к росту тарифов на коммуналку и карточной системе: власти четырех регионов России — Мордовии, Саратовской, Омской и Ульяновской областей — в 2015 году собираются вводить продуктовые талоны.

Богатых людей в нашей стране от силы 2% населения, почти нищих (с вечными долгами, звенящими копилками и перелицованными старыми вещами) — миллионы. На прошлой неделе вице­премьер правительства РФ Ольга Голодец назвала конкретную цифру: за чертой бедности находятся 15,7 млн россиян. Каждый девятый человек.

Федеральные ведомства считали тех, кто недотягивает до планки ежемесячного дохода в своих регионах. Любопытно, что год назад исследователи из Института социологии РАН утверждали, что признаками «человека за чертой» обладает каждый пятый россиянин. Тогда ученые тоже опирались на отчеты Росстата и сравнивали их с результатами собственных опросов. Правительство РФ с ними не соглашалось, в 2013­м оно говорило о 15,2 млн малоимущих.

Сейчас и социологи, и чиновники констатируют ухудшение ситуации, связывая ее с украинским кризисом и падением цен на нефть. Но опять не совпадают в математике — государство обеспокоено судьбой 15% населения, ученые — как минимум 20%.

Однако больше всех волнуется само население. Согласно результатам опроса «Левада­центра», более 70% россиян опасаются роста цен, 40% убеждены, что бедность — одна из главных проблем страны. Не тревожились бы они, не напрягались, если бы только в октябре армию российских безработных не пополнила 151 тысяча человек.

  

БОЛЬНИЦА ВМЕСТО КУРОРТА

Перед беседой с бедняками мы случайно наткнулись на информацию Финансового университета при правительстве РФ о «лишениях» россиян, имеющих от 200 тысяч долларов в год и выше. У них перестали расти доходы, сократились траты, падает потребительская активность — на треть снизились покупки дорогих иномарок, на четверть — посещения бутиков. Послать бы этих несчастных на недельку­другую к Людмиле Максимовой.

Людмила, ее 15­летний сын и 6­летняя дочь перебрались из Уфы в крошечную деревушку. В городе им не выжить — зарплата у женщины небольшая, а квартплата в столице Башкирии огромная. По профессии Максимова швея, но портнихи в глубинке нынче никому не нужны, поэтому ежедневно Люда ездит в райцентр — работает на консервном комбинате. Чтобы сесть на попутку, ей нужно пройти восемь километров до трассы. Встает в шесть утра, возвращается домой ночью. Дети на специальном автобусе без нее добираются в сад, школу и обратно.

Семья живет на семь тысяч рублей в месяц. Продукты местный магазин продает Максимовым в долг. Сына в школе кормят бесплатно. Дома варят постные супы и макароны. Людмила радуется, когда ее с дочерью кладут в больницу с бронхитом: там обеды и ужины бесплатные и от бешеного рабочего ритма можно отдохнуть.

Лето дети проводят на улице, питаются тем, что растет в поле и огороде. Сладости едят в гостях и по большим праздникам...

Московских «лишенцев» можно отправить и на экскурсию в деревню Палкино Вологодской области к многодетной семье Солнцевых. Молодые супруги растят 9­летнего Егора, 8­летнего Кирилла, 4­летнего Тимку и дочку Злату, которой 3 декабря исполнился годик.

Их папа Евгений работает геодезистом. Он постоянно в командировках — от Мурманской области до Сахалина. «Если уезжает на две­три недели, зарабатывает 20 тысяч рублей. И все равно не хватает, — жалуется Мария Солнцева. — Выращиваем свои овощи, делаем заготовки на зиму — соленья, варенье, компоты. Мой доход складывается из детских пособий. Все как в трубу вылетает. За школьное питание еженедельно отдаем 340 рублей, за различные кружки — 600 рублей в месяц, за Тимкин детсад плачу 2 тысячи рублей. Обувь, одежда, учебники, тетради — настоящее разорение».

Семья живет в миниатюрном домике с единственной комнатой, где перегородкой отделен закуток для двухъярусной кровати старших детей. Из удобств лишь центральный водопровод и печное отопление.

Многодетные родители расстраиваются, что им не хватает денег на отдых: «Хотелось бы выезжать всем миром в кино, цирк, театр, но что без толку мечтать».

И это Солнцевы еще хорошо устроились по сравнению с городскими семьями! По свидетельству барнаульцев Елены и Николая Гончаровых, их доход еле дотягивает до 15 тысяч рублей в месяц: «Знаем по своему опыту и опыту знакомых из соседних регионов».

  

БЕДНОСТЬ КАК НЕИЗБЕЖНОСТЬ

Злоключения Елены и Николая Гончаровых — живая иллюстрация к словам вице­премьера правительства РФ Ольги Голодец: «Бедность в нашей стране распространена в основном среди семей с детьми». И к выводам ученых Высшей школы экономики: «При низких зарплатах и слабой семейной политике многие российские семьи оказываются под угрозой бедности уже в силу простого наличия в них несовершеннолетних детей, а тем более при каких­либо несчастьях. Плохое здоровье увеличивает риск попадания за черту бедности по доходам втрое».

Лена Гончарова — бывшая воспитанница детдома без жилья и образования. «Самыми большими удачами в судьбе я считала дочерей и мужа. Коля в юности переехал в Россию из Казахстана, — объясняет женщина. — Работает водителем, получает немного. Деньги идут на коммунальные расходы (4 тысячи рублей), пропитание (6 тысяч), остальное тратим на детскую одежду, обувь и книжки. Не помню, когда себе обновки покупали. Из продуктов в будни берем крупы, макароны, молоко, по праздникам — яйца, ливер, курицу. Пироги печем. Летом спасают огород и рыбалка. На свой дом средств не накопили. До сих пор мы жили в помещении старой бани при вагоноремонтном заводе. Мэрия на днях продала его на аукционе под новую застройку. Если повезет, найдем какую­нибудь малосемейку за 7­8 тысяч рублей в месяц. Старшей дочери в этом году исполнилось 16 лет. Младшая попала с отцом в ДТП и погибла. Муж тяжело болеет — на лекарства тратим до 5 тысяч рублей в месяц. И раньше не шиковали, а скоро и вовсе на паперти окажемся».

Вы думаете, наши собеседники — исключения из правил? Нет, таких в стране много. Они не бездельники, не бомжи, не алкоголики — трудятся, воспитывают детей, ищут способы вырваться из бедности. По словам социологов, она неоднородна, в число нищих одновременно попадают сельские жители, низкоквалифицированные рабочие, бюджетники и родители несовершеннолетних детей.

Средний возраст российского бедняка 41 год. 14% бедняков — мамы и папы с двумя детьми, 50% — с тремя и более. Их ни сейчас, ни в 2015 году не будет интересовать тема поездок за границу и роста курса доллара, покупки дорогой импортной техники и автомобиля. Для них важен один вопрос — выживания.

  

А ЕСЛИ ПРИСМОТРЕТЬСЯ...

Показатель абсолютной бедности, по методологии ООН, когда человек имеет на жизнь меньше доллара в день. В 10 регионах России семьи из двух работающих и двоих детей­иждивенцев живут на 6 долларов в сутки, еще в 18 регионах страны — на 9 долларов. Значит, мы богатые?

При этом в США бедным считается гражданин с ежегодным доходом в 11 с лишним тысяч долларов. А много ли вы знаете соотечественников — врачей, санитарок, учителей, нянечек, ученых с докторскими степенями — с годовым доходом как у разнесчастного американца? Значит, у нас две трети страны нищенствует?

Проще всего на этот счет говорят школьные учебники: «Если человек не в состоянии обеспечить себе полноценное и регулярное питание, если в случае болезни ему недоступны платные медицинские центры, если он проживает в неудовлетворительных условиях, то...»

...то правительство РФ ошиблось в подсчетах. Это уже не из учебника — из реальной жизни.

 

Наталья Михайлова,

Арина Родионова,

Ольга Полиенко,

Анна Бессарабова.

 

Вернуться в раздел "Под острым углом"

Комментарии: