Тайны Лебяжьих озер

02 апреля 2015

Проблема Лебяжьих озер под Казанью возникла не сегодня, она остро засветилась еще в 70-­е годы прошлого века, когда при строительстве автотрассы Казань­Зеленодольск и железной доро­ги была перерезана территория водосбора, и озера стали усыхать.

 

Для справки

 

В состав Лебяжьих озер входят четыре водоема, которые соединены между собой извилистыми протоками, это: Малое Лебяжье, Большое Лебяжье, Светлое Лебяжье и Сухое Лебяжье. Самые большие среди них — Большое и Сухое. Площадь озер — более 40 га, глубина — до 3 метров. В весенний период при поступлении талой воды они разливались достаточно широко — до 100 га. Озера окружены сосновым бором, расположены в ООПТ (особо охраняемой природной территории) «Лесопарк Лебяжье».

 

 

 

Почему мы их теряем?

Уже к 90­м годам стало достаточно сильно заметно, что уровень воды упал. В то время уровневый режим Лебяжьих озер исследовал известный казанский географ Геннадий Бутаков. Ученый подтвердил: да, озера исчезают, их площадь резко сокращается. Бутаков выдвинул две гипотезы относительно того, куда уходит вода. Одна из них — в сторону Юдинского карьера. Дело в том, что в 70­е годы на границе ООПТ «Лесопарк Лебяжье» активно работал Юдинский карьер по добыче песка. В наше время он считается закрытым, хотя, когда строились объекты Универсиады, там видели машины, которые брали песок… Так вот, в 90­е годы котлован этого карьера достиг значительной глубины, почти 20 метров, а вскоре на дне появилась вода, достаточно чистая по качеству. Ученые зафиксировали там первый­второй класс качества, по сути, формировался резервуар мягкой, маломинерализованной питьевой воды, новое глубокое озеро, названное Изумрудным. На его берега хлынула лавина отдыхающих.

Но почему вода уходит из Лебяжьих? Бутаков предположил, что добытчики мотыля разворошили слой ила, что привело к сильной фильтрации воды. Мотыль — корм для рыбы, энтузиасты добывали его старинным дедовским способом — с помощью люльки в виде саней с мелкой сеткой, которая «вгрызалась» в ил, полоскала его в воде и тащила наверх добычу. Мотыль, кстати, очень дорого стоит, его пакуют в спичечные коробки и выставляют на продажу на колхозном рынке — очень выгодный бизнес. Так вот, этот мотыль добывали по всей площади озера Малое Лебяжье — все, кому не лень, ходили туда и ворошили 30­сантиметровый слой ила. Так местами обнажился песок — прекрасный фильтрующий материал для воды.

 

 

Хождение по мукам

В 90­е годы прошлого века проблема Лебяжьих озер вновь заняла умы казанских ученых. Горводзеленхоз призвал осуществить проект их благоустройства. И уже в 1995 году в озера начали подавать воду из Юдинского карьера. Для этого построили небольшую насосную станцию, проложили трубу. Свежая вода сыграла интересную роль в жизни водного объекта с нарушенным гидрологическим режимом. Озеро, получив достаточно большие объемы воды, которая по качеству была лучше имевшейся, начало возрождаться. Вот что рассказала об этом известный казанский ученый, доктор биологических наук, профессор, заведующая кафедрой природообустройства и водопользования Казанского (Приволжского) федерального университета Нафиса Мингазова.

— Мы в тот период исследовали водоем очень подробно, была диссертационная работа одной из моих учениц, которая наблюдала за поступлением чистых маломинерализованных вод, способствующих разбавлению эвтрофных заболоченных Лебяжьих озер и их омолаживанию. Получилось очень интересное восстановительное мероприятие. Водоемы омолодились, хотя не сразу и по­разному. Для Большого и Малого Лебяжьего озер поступление такой воды привело просто к разбавлению имевшейся. Для Светлого, где уже не было влаги, — к образованию нового водоема, быстро заросшего травяной растительностью. А для Сухого, где к тому времени осуществлялся выпас скота, вливание привело к тому, что отходы животноводства, оказавшись в воде, выделили большое количество азота и фосфора и дали вспышку роста водному растению элодея канадская — «водяная чума», которая показала себя во всей красе летом 1996 года. Озеро было глубиной метр, и эладея стояла густыми плотными зарослями, буквально стеной, пронизывая водоем снизу доверху. Когда на лодке плыли, с трудом преодолевали могучие заросли «водяной чумы».

Нафиса Мансуровна рассказала, что воду в Лебяжьи подавали до начала 2000 годов. Горводзеленхоз в ту пору заказал москвичам проект реконструкции Малого Лебяжьего озера — наиболее поврежденного антропогенной трансформацией. Было предложено создание глиняного замка, который пройдет по дну водоема. Предлагалось с помощью экскаватора собрать слой ила (30 см), а потом положить туда же 30­сантиметровый слой хорошей глины, после чего открыть дамбу и дать озеру заполниться водой.

С точки зрения гидротехнического осуществления все было грамотно. Но случилось непредвиденное…

— В конце 90­х годов мне пришлось, как эксперту, посмотреть реализацию проекта на озере Малое Лебяжье, — рассказала Нафиса Мингазова. — Работники Горводзеленхоза и подрядчики с гордостью демонстрировали экскаваторы, сдирающие слой ила… И вдруг я вижу котлован, которого не было в проекте. Подхожу к краю — а он глубиной до пяти метров! Спрашиваю: «Что это?» Прораб отвечает: «Мы скоблили ил и обнаружили под ним такой замечательный песок, что просто не могли устоять, решили, что он пригодится для создания пляжа и других строительных целей. Вот мы и берем этот песок, а потом положим глину, и никаких проблем не будет…»

Мингазова была поражена. Озера — междюнные, а это значит, что между дюнами скапливается немного ила, а после него идет 2­3 метра песка, под ним — небольшая прослойка глиняной линзы, которая этот водоем и держит в подвешенном состоянии. Когда вырыли котлован, нарушили систему и создали искусственный понор (отверстие) для ухода воды. Ученый возмущалась и кричала, потом выступила на нескольких совещаниях, призывая немедленно закрыть весь этот котлован глиной. Дали обещание, что так и сделают…

 

 

Попытка номер два

Озеро торжественно сдали в пользование весной 1999 года, отчитались за возрождение. Подали в него воду из Юдинского карьера. Но вода снова стала уходить, еще быстрее, чем раньше… А в 2000­е годы система соединения с Юдинским карьером подверглась разграблению. Трубу и насосную станцию разворовали на металл. И моментально озеро Малое Лебяжье высохло. На берегах сплошным ковром в большом количестве лежали погибшие брюхоногие моллюски. Резко усохло и Большое Лебяжье…

...Заговорили о том, что надо возрождать озеро еще раз. Периодически на муниципальных совещаниях в администрации Кировского района всплывала идея подачи воды из артезианской скважины. Она в то время уже имелась на Малом Лебяжьем для пожарных целей. Решились. Стали подавать, при этом со специалистами и учеными не советовались. Озеро наполнилось, вновь устроили праздник возрождения. Но скважины на всю систему озер не хватило, заполняли только котловину Малого Лебяжьего, остальные три водоема продолжали усыхать.

Подача воды из артезианской скважины, по мнению Нафисы Мингазовой, имела негативные последст­вия. Дело в том, что это вода мине­рализованная, с глубинных слоев, а «родная» в озере — мягкая, прес­ная. Химический состав быстро изменился, вода стала жесткой, минерализованной. Мир флоры и фауны­ такой смены не вынес, и сегодня озеро Малое Лебяжье очень бедное в плане биоразнообразия. Светлого же и Сухого озер уже нет, существует только Большое в резко уменьшенном виде. Смотреть больно…

 

 

Никто не должен оставаться равнодушным

Некоторые проектировщики пре­длагают застроить освобожденную территорию мощными рекреационными объектами — земля, якобы, не должна простаивать. Их, похоже, не волнует, что это ООПТ, заповедная земля, на которой запрещено какое­либо капитальное строительство. Однако, вероятней всего, нас ожидает еще одно оздоровление Лебяжьих озер, то есть — попытка номер три. Дело в том, что проблема Лебяжьих озер стала главной экологической темой, обсуждаемой в администрации Кировского и Московского районов Казани. Глава этого муниципального образования Дамир Фаттахов дер­жит вопрос на контроле. В прошлом году был организован конкурс проектов по оздоровлению озер. За основу взяли опять­таки пополнение Лебяжьих озер за счет Юдинского карьера. Ученые посчитали, что крупный, постоянно восполняемый водный объект безболезненно поделится водой с Лебяжьими озерами.

Одна из казанских фирм уже осуществляет проект подачи воды из Юдинского карьера. Опять без ведо­ма ученых... А процесс требует тщательного контроля, вплоть до того, как проходит подача воды по склонам Юдинского карьера. Они сейчас зарастают редкими видами флоры, в том числе заповедными. Как не навредить природе? Директор ботанического музея КФУ Сергей Любарский очень обеспокоен судьбой растений Юдинского карьера. Он подчеркивает, что оттуда и сейчас нередко вывозится грунт, нарушаются места обитания редких видов.

— При осуществлении любого проекта нужно как можно глубже исследовать территорию, провести инженерно­экологические изыскания, оценку воздействия на окружающую среду, чем сейчас нередко пренебрегают в целях экономии, выполняя исследования в усеченном варианте, — говорит он.

— Но скупой платит дважды, — считает Нафиса Мингазова. — Вот только эта двойная плата — за счет законопослушных граждан.

Будущее Лебяжьих озер во многом зависит не только от грамотного проектирования, но и от действенного природоохранного контроля, добросовестного отношения к вопросу муниципальных органов. Большую роль играют и жители города, которые не должны оставаться равнодушными наблюдателями.

 

Людмила КАРТАШОВА.

На снимке: профессор Н.Мингазова.

Вернуться в раздел "Под острым углом"

Комментарии: