Тупик как надежда

26 мая 2016

Завершился сев яровых культур. Осталось произвести поздние посевы рапса, кое-где­ — гречихи. Поля радуют глаз хорошо сохранившимися и раскустившимися посевами озимых, дружными всходами яровых хлебов. Особенно рядом с федеральными трассами.

Говорят, птицы и насекомые загодя чувствуют погоду: когда быть дождю или урагану. Еще лучше чувствует погоду крестьянин: благоприятные погодные условия этого года стимулируют его активность — нынче и сев проходит организованней, чем в последние годы, и удобрений внесено побольше, и уходные работы на полях ведутся более масштабно. Во всяком случае, об этом свидетельствует республиканская сводка. А сводка, как известно, не врет.

Но не зря говорят: «Хлеб не тот, что в поле, а тот, что в амбаре». Бывали случаи, когда даже уже сформированный богатый урожай зерновых в считанные дни уменьшался вдвое из­за внезапной жары во время налива зерна, из­за чего оно становилось щуплым. Кроме того, ни одно хозяйство не застраховано от сорняков, вредителей и болезней, а также стихийных бедствий — ураганов, града и ливней. Кстати, такая вот зависимость своего благополучия от разных случайных факторов делает сельского жителя осторожным в оценках и даже суеверным. Спросите взрослого сельчанина, копающего на огороде картошку, от россыпей которой земли не видно, какой у него урожай, и он, стоя перед этими россыпями, скажет, в лучшем случае: «Да что бог послал…». А то и вовсе: «Да так — серединка на половинку…». А почему? А потому что ее, эту картошку, надо еще докопать, собрать, перетаскать в погреб, а там сохранить, да еще излишки с выгодой продать. А выгода — это у нас как лотерея: может, будет, а может, и нет.

Крестьянин — очень зависимый человек. И самая большая зависимость современного сельского хозяйства сегодня — от банков. Известно, что без кредитов трудно вести сельское хозяйство. Не легко их получить, еще труднее вернуть долг. Долгами по кредитам особенно сильно обременены сегодня агрохолдинги, и исчисляются они миллиардами рублей. По сути, это кабала, ибо зачастую долги превышают стоимость имущества предприятий. Но самое печальное, что из этой ямы нет выхода, ибо территориальные агрохолдинги — самый неэффективный сектор сельской экономики, не имеющий возможностей для расширенного воспроизводства.

Но что происходит? Хотя в отношениях с банками у агрохолдингов нередко возникают проблемные моменты из­за невозможности своевременно, по графику погашать долги, для банкиров руководители агрохолдингов — VIP­персоны, самые уважаемые клиенты, которым банки охотно идут навстречу: пролонгации, перекредитования, отсрочки… Нередко игнорируя самый надежный по возврату кредитов сектор — КФХ и ЛПХ, банки снова и снова кредитуют агрохолдинги. Потому что агрохолдинг — это дойная корова для банка: одним, по сути, договором можно получать десятки и сотни миллионов рублей прибыли. Ведь агрохолдинг платит — пусть не по графику, с опозданием, но платит. При этом не только основной долг, но и проценты, и пени. Даже государственные банки, не говоря уже о коммерческих, являются по сути дела рэкетирами в сельском хозяйстве: устанавливая умопомрачительные процентные ставки, они цинично обирают крестьян, не разделяя с ними риски сельскохозяйственного производства. Во многих странах сельскохозяйственные кредиты выдаются под 1­2 процента годовых, а у нас — под 20 и более процентов. Причем, нередко хозяйства остаются без положенных государственных субсидий на удешевление процентных ставок из­за невозможности погашать долги вовремя. В целом по Татарстану долги сельхозпредприятий банкам сопоставимы со стоимостью годовой валовой продукции аграрного сектора.

Кто страдает от таких отношений? Понятное дело — рядовые сельчане. Простой, так сказать, народ. И даже пусть на самом деле он не совсем простой, разве сельчане виноваты в неэффективности агрохолдингов? «А кто же?!» — воскликнут руководители агрохолдингов и назовут кучу примеров в доказательство виновности «простого народа»: этот своровал полмашины зерна, тот продал тонну минеральных удобрений, другой — бочку пестицидов, четвертый украл теленка, пятый — возок сена, шестой слил солярку… И т.д. и т.п.

Да, все это имеет место быть. Но, как сказал один древний философ, виноваты не те, кто ворует, а те, кто создает условия для воровства.

Другой аспект проблемы холдингизации — нет ответственного отношения к работе. Командуя из Казани, невозможно на каждом конкретном поле в оптимальные агротехнические сроки провести боронование, культивацию почвы, сев сельскохозяйственных культур, умело провести защитные мероприятия. И получается, что у крестьяни­на одна надежда — на погоду. Будет дождь — будет урожай, не будет дождя — и урожая не будет.

Поэтому и существенного роста зарплаты в агрохолдингах ждать не приходится, и осязаемой арендной платы за земельные паи — тоже. И приходится крестьянину рассчитывать только на свои мозги, руки и, так сказать, «простоту».

Эту ситуацию все, кому положено, знают. Но ничего не меняется. Значит, или у государства переломить ситуацию нет возможностей, или все это кому­нибудь нужно.

Мы так устроены: даже зная, что впереди на прямой дороге тупик, нередко все равно едем вперед: вопервых, из­за нежелания делать крюк, во­вторых, с надеждой, что все же удастся найти выход из тупика…

Такая черта нашего менталитета нам, согласитесь, мешает.

А может, спасает?..

 

Владимир Белосков.

Вернуться в раздел "Разное"