В Ерыклах его счастье

19 ноября 2015

Ноябрь — не самое лучшее время для фермы. Сначала — грязь, потом, как подморозит, колдобины. А к коровникам и телятникам КФХ «Садыков М.Х.» надо съезжать еще и с крутого косогора в низину. Поэтому, съехав вниз, я невольно подумал о том, а как потом назад-то, в гору?

— Сейчас тут нормально, легковые ездят, — утверждает глава КФХ Марат Садыков. — Сколько «Камазов» щебня тут уложено — не сосчитать. А когда был колхоз «Кичуй» — молоко на большак вывозили на тракторах.

Марату Хаметзакировичу в этом году стукнуло ровно полвека. Для кого­то это — до пенсии бы дотянуть. А фермер выглядит так, будто­ только что демобилизовался из гренадерского полка, а по современней — из воздушно­десантных войск: высокий, плечистый, стройный. На самом деле ни там, ни тут он не был. Он просто два года воевал в Афганистане. И ему повезло — ос­тался жив. В память о той поре хранится медаль «За боевые заслуги».

Та война врезалась в память солдата накрепко. Да и как ее забудешь, если в первом же бою из батальона на поле боя полегло 87 человек. «Поле» — это так, к слову. Кругом были горы и ущелья. Это потом воевать в горах немного научились, а на первых порах ходили на душманов скопом.

Вообще­то, в любом везении, если вникнуть глубже, есть логика. Марат, сельский парень, пошел в армию уже сформировавшимся мужиком. Сын простых родителей­животноводов, он с раннего детства узнал, что такое крестьянский труд. При доме в родных Зиреклах было большое подворье — две коровы, телята, овцы, гуси, куры, и там всегда было чем заняться. А по вечерам после школы и в летние каникулы — работа на колхозной ферме: пастьба телят, кормление, поение, уборка помещений.

— Уборка навоза — это вообще отдельная история, — говорит Марат Хаметзакирович. — Проход в телятнике был узкий, трактору не заехать, вытаскивали навоз вилами. Работа, как говорится, врагу не пожелаешь.

В общем, трудовая закалка у парня получилась — будь здоров.

А после школы до армии Марат успел еще в Набережных Челнах выучиться на токаря и водителя. Вот и судите — кто он был в сравнении с городскими мальчишками, у которых ко времени призыва еще, что называется, молоко на губах не обсохло.

— Когда в 1985 году вернулся в Зиреклы, побывал на ферме, первые мысли были о том, как же это позорно в такой великой стране, как Россия, иметь вот такие фермы — с покосившимися от времени коровниками, с примитивной механизацией — лопатами да вилами, — вспоминает фермер.

Собственное крестьянско­фермерское хозяйство Марат Садыков создал не сразу. Да и не пришло тогда еще время фермерских хозяйств. Поработал пару лет нефтяником — стало скучно, работа была однообразной, да и воздух вокруг был загазованный. Поехал учиться в Елабугу на ветфельдшера. Окончив, сразу же поступил в Казанский ветеринарный институт, где через год с очного отделения перешел на заочное, поскольку в родном колхозе его упросили занять место главного ветврача. А еще через год — главного зоотехника. И это не удивительно, ведь молодой человек, что называется, с молоком матери уяснил, что нужно животным, чтобы они были здоровы и нормально развивались.

Крестьянско­фермерское хозяйство Марат Хаметзакирович создал в 1997 году. Будто Аллах его подтолкнул на этот шаг. С погодой повезло. И в первый же год урожай на 200 фермерских гектарах получился невиданный — 41 центнер на круг. Аграрии помнят — тот год стал рекордным для всего Татарстана, когда валовой намолот по республике составил около 6,2 млн. тонн.

В том году бывший солдат получил еще одно «боевое крещение», поняв смысл выражения: «Недород — горе, урожай — беда». Щедрый урожай тогда ушел, по сути, за бесценок. Все, что фермеру удалось купить после нелегких трудов на поле, — это автомобиль «Жигули».

… Прошли годы. И вот вместе с Маратом Садыковым мы идем по его ферме. Ноябрьский пейзаж, конечно, не радужный: асфальтом выложить подъездные пути фермеру пока не удается, но проезжать на технике, даже в самую глухую распутицу, здесь можно.

Заходим в телятник, затем в кочегарку, потом — в коровник, оглядываем карды… Что бросается в глаза? При всей, казалось бы, обычности фермы — сейчас в республике много и покруче, посовременней — видишь и чувствуешь хозяйскую заботу о животных, идущую от глубокого понимания их физиологии и потребностей. В телятнике, например, с виду неказистом, внутри — здоровый микроклимат, под малышами — сухая подстилка. Именно сухая, поскольку телятница — пенсионерка Гульзида Мухаметвафина — следит за этим строго. Телята разделены по боксам по их возрасту и развитию, а это тоже очень важно — чтобы более рослые и сильные не отбивали от кормушек малышей. Карды тоже разделены на секции. И там — открытый сарай под крышей, где всегда есть сухое сено, соль, мел, овес. Летом — бесперебойно чистая вода в колодах, зимой — в помещении, в поилках.

Марат Хаметзакирович так и говорит, что не может быть спокойным, когда животные находятся в сырости и на сквозняке, толком не накормлены и стоят без моциона.

Стоп! А ведь это — главное. Когда человек не просто умом, а душой объемлет свою работу, когда любой недочет, недогляд сразу отражаются на настроении, не дают спокойно спать, пока не устранится непорядок. Тяжело так? Да! Трудно? Да! Но зато дело делается, концы с концами связываются. Пусть даже зубами. И сколько радости, когда через тернии «летишь к звездам». Когда ложишься отдыхать, и ты осознаешь, что ты сегодня все сделал, как надо.

Куда легче, конечно, жить, когда тебе все «по фигу». Но тут другая драматургия жизни — все, вроде бы, ровненько, без треволнений, без стрессов. И, казалось бы, вот так и надо жить — без тревог и печалей. Но в том­то и фокус, что и радости при такой жизни — «пупырошные». Как живешь, так и радуешься. Кому что на роду написано.

— Кроме технологии важно, чтобы человек был хороший, то бишь работник, — говорит фермер. — Гульзида апа — опытная и добросовестная работница, почему я и уговорил ее прийти в телятник, хотя она на пенсии.

В свою очередь Гульзида Аюповна говорит о том, что довольна условиями работы и зарплатой — 15 тысяч рублей в месяц.

Поодаль от телятника стоит закопченное помещение — кочегарка. Казалось бы, ну какую роль она может играть в делах фермы? Оказывается, очень большую, если работает здесь добросовестный и ответственный человек.

— Хасан Халиуллин, — представляет фермер средних лет мужчину. — Очень аккуратный, все делает вовремя.

— И не пьющий, — добавляет телятница.

Какие обязанности у Халиуллина? Он запаривает фураж и на телеге в бочке развозит его телятам. И делает это вовремя, минута в минуту, несмотря ни на какую погоду. А запаренный фураж — это же объеденье для животных! И переваривается хорошо.

Фермер охотно называет имена и фамилии лучших работников: доярок Фаузию Миннебаеву, Рузалию Рахматуллину, Фирдаусу Сафину, трактористов Фаниса Миргазова, Мулланура Шарипова, Петра Нестерова, комбайнера Вахида Закирова, агронома Дениса Веретенникова, своего заместителя Рамиля Гатиятуллина. Отдельно благодарно высказывается в адрес ветеринарного врача, обслуживающего фермерское хозяйство по договору, Ханифа Киямова.

Найти умелых и совестливых работников, заинтересовать их — и большое искусство, и удача руководителя. В свою очередь, и сельчане тоже присматриваются к потенциальным работодателям — стоит ли с ними связываться? Всякие ведь сейчас есть — иным обмануть, что на ветер помочиться. У Садыкова люди держатся, хотя зарплата и не заоблачная. Просто фермер держит слово — платит вовремя. Да и с кормами для домашнего скота помогает. В КФХ у Садыкова в сезон работает больше 25 человек. Умеет фермер правильно организовать их труд, добиться высокой отдачи.

На государство у Марата обиды нет. Молоко, конечно, за дешево приходится отдавать, и льготы на дизтопливо — одна говорильня, зато получил субсидию на реконструкцию коровника, и вот он, красавец, как на ладони — с кормовым столом, с молокопроводом, с танком — охладителем молока. И 10 тонн минеральных удобрений за счет бюджета, доставшихся ему, — тоже весьма кстати.

Ферма КФХ расположилась на склоне холма. Здесь содержится около 300 голов КРС, в том числе около 100 коров, полсотни лошадей, овцы, свиньи. Обновление дойного стада ведется за счет собственных нетелей. Получается неплохо — годовой надой молока на корову — более 5000 кг. Бывают сложности, не без этого. Например, даже рель­еф­ иной раз проделывает разные фокусы. Один лишь штрих: раньше телят в хозяйстве содержали в другом помещении — повыше. И там почему­то было всегда холодно, так что молодняк нередко заболевал. Сам фермер предполагает, что в том месте слишком близко к поверх­нос­ти подходят грунтовые воды. Зато в нижнем помещении микро­климат здоровый, вот фермер и перео­бору­довал его в телятник. Когда хозяйст­во твое, приходится больше думать, размышлять, анализи­ровать. И тут, конечно, знания и опыт помогают.

В КФХ «Садыков М.Х.» 2000 гектаров земли, из которых 1357 гектаров — пашня. Пожалуй, это самые бедные по естественному плодородию земли в Новошешминском районе. Поскольку рельеф гористый, есть очень каменистые участки, а это все — дополнительные сложности и в обработке почвы, и в уборке урожая. Не сразу, но все же фермер дошел до разгадки приличных урожаев. Сейчас у него строго соблюдается севооборот: имеется 400 гектаров многолетних трав, которые ежегодно обновляются примерно на 100 гектарах, оставляется примерно на 150 гектарах чистый пар. Кроме ржи, пшеницы, ячменя, кукурузы и однолетних трав выращивается рапс, как прекрасный предшественник, улучшатель и санитар почвы. В общем, все по агрономической науке.

Общаясь с Маратом Садыковым, я поймал себя на мысли, что встретил по­настоящему счастливого человека. Да, среди вот этой осенней грязи, в резиновых сапогах, в пропахшей фермой телогрейке. Он, конечно, задает себе иной раз вопрос: зачем ему все это надо — ферма, поля, наемные работники, за которых и ответственность, и налоги все ощутимей. Ведь есть свой магазин, можно построить другой, имеется пасека — было бы достаточно для безбедной и спокойной жизни. Но это — мимолетно. К фермеру идут, на него надеются. И он не должен подвести, сдрейфить. Тем более, что не забывает и слова матери, врезавшиеся с юности: «Живи, сынок, для людей». Марат Хаметзакирович черпает силы в прекрасной семье: жена Венера, учительница младших классов одной из лучших школ рес­публики, трое замечательных сыновей не белоручек — Ильгиз и Ильфат, получающие высшее образование, Инсаф — девятиклассник, хороший дом, крепкое подворье. И здоровьем бог не обидел фермера — пять раз Марат становился батыром района, до 45 лет боролся, а сейчас регулярно ходит в спортзал на волейбол, на тренажеры.

А еще его питает энергией аура малой родины, место, где он родился, рос, где трудился, радовался и печалился. И которому остался верен навсегда.

 

Владимир БЕЛОСКОВ.

На снимке: в кругу семьи — Марат Хаметзакирович с матерью Халимой Шамсутдиновной, старшими сыновьями Ильгизом и Ильфатом.

Фото автора.

Вернуться в раздел "Разное"