Здесь, на земле, спокойно...

30 июня 2016

Работа на земле — труд не легкий, да и престижным его не назовешь. По крайней мере, я не слышал, чтобы кто-то когда-нибудь так сказал. А вот счастливых людей, обихаживающих землю, встречал немало. Чем-то она, земля, цепляет человека. Что-то дает. Иначе как же?

Вот и предпринимателя Фарида Ибятова из села Каменный Брод Буинского района привлекла работа на земле. Хотя, казалось, он все делал так, чтобы этого не случилось. На агронома в Тетюшском совхозе­техникуме недоучился — ушел в армию. Демобилизовавшись, уехал на Север, устроился на буровой. Буровая установка, если порассуждать, тоже, конечно, что­то вроде плуга. Только вгрызается в землю насмерть — километра на полтора. И вместо хлеба нефть течет.

Нефтяники, как правило, если это не командный состав, работают­ вахтовым методом: месяц — там, месяц — дома. Однажды председа­тель колхоза «Мир» Рашид Низамов подловил Фарида на домашнем отдыхе: «Фарид, трактор стоит­, зябь пахать некому. Подсоби…».

К кому попало по такому вопросу, понятное дело, не обращаются.

И Фарид помог. 420 гектаров вспахал за два месяца — отпуск еще добавил. И это — на тракторе ДТ­75. По колхозу этот результат оказался вторым, больше выработка была только у тракториста на более мощном тракторе Т­4. В дальнейшем­ в летние отпуска Ибятову доверяли уже зерноуборочный комбайн.

Проработав на Севере около пяти лет и вернувшись в Каменный Брод, Ибятов поехал учиться в Казань — на пасечника, стал работать на колхозной пасеке. И тоже как бы на земле, но — не совсем. А тут и последнее десятилетие ХХ века стартовало. Кто­то 90­е годы называет «лихими». А для Фарида они стали проверочными на предпринимательские способности. Сначала зять из Ульяновска уговорил Фарида заняться торговлей. Коммерцией в Ульяновске новоиспеченный предприниматель занимался около года. До тех пор, пока не попробовал торговлю зерном. Заключил договор с мукомольным предприятием и стал возить на своем «Камазе» продовольственную пшеницу из хозяйств. Тут дело пошло успешнее.

«Чужое зерно возишь, сынок, а мог бы свое…», — однажды изрек отец. Так сказал, без назидания, как бы между прочим. Но почему­то эта фраза у Фарида в мозгах застряла, будто стальной крючок в рыбине.

Однажды, возвращаясь из Ростова, Фарид взял да и заехал к сослуживцу в Волгоградскую область. И поехал от него в родной Татарстан уже с двумя тракторами — в кузове и в прицепе: это волгоградские фермеры распродавали тогда свои имущественные паи. Цена на технику была вполне подходящей.

Выгодной получилась сделка. И пошло — поехало. На торговле бэушной техникой хорошо стал зарабатывать Фарид. Тем более, что здоровьем Бог не обидел: он мог тогда практически без отдыха ехать за рулем сутки напролет. На юг возил рожь, с юга — технику, порожняком не ездил.

«Давай, землю возьмем», — снова подступился однажды отец.

Фарид ответил что­то типа: «Да­да, давай». С расчетом, что отец скоро снова успокоится.

Но на этот раз Набиулла Гельмутдинович взялся за сына всерьез. Для этого возникли весомые обстоятельства. Шел 2000­й год, ситуация в сельском хозяйстве создалась аховая: никто ничего не строил, зарплату давать практически перестали или давали зерном, сеном, скотом. И однажды тогдашний глава района пригласил к себе Набиуллу Гельмутдиновича. Тот работал в колхозе бригадиром, был уважаемым в районе человеком. Достаточно сказать, что благодаря ему все сеялки в колхозе были переделаны на гидравлику, облегчившую труд и трактористов, и сеяльщиков.

«Бери землю, Набиулла!» — неожиданно предложил глава.

И в том же году 69-­летний Набиулла Гельмутдинович стал главой фермерского хозяйства, оформив в аренду 100 гектаров государственной земли. Работать стали вместе с сыном. Да разве Фарид мог отказаться? Ослушаться отца! Тем более, что работа на земле молодого человека, сызмальства познавшего, что такое крестьянский труд, не пугала. Наоборот, притягивала. Просто Фарид сам себе боялся в этом признаться.

На следующий год тот же глава снова вызвал Ибятуллова­старшего. Да, именно Ибятуллова, а не Ибятова, как у сына: такие чудеса в наших паспортных столах случаются. И сказал: «Бери еще землю».

И взяли Ибятуллов — Ибятов еще 54 гектара — оформили в аренду паи своих родственников. Потом еще прирезали 208 гектаров, потом — 175 гектаров паевой земли жите­лей соседнего села Сорок Сайдак…

В общем, впряглись отец с сыном­ в крестьянский воз основательно. Тут уж Фариду стало не до торговли­. И постепенно­постепенно ранее заработанные на перепродажах деньги растаяли, как дым: ушли на покупку техники, ГСМ, минеральных удобрений, семян, средств защиты растений, строительных материалов…

Разные были годы — и удачные, и пролетные. Деньги, которые за­рабатывает КФХ, тут же уходят на развитие хозяйства: построили базу — большой ангар на 900 квадратных метров, солидную площадь закрыли железобетонными плитами — на нее в уборочную зерно можно стало ссыпать, подкупили технику — тракторы, комбайн, пресс­подборщик… В 2009 году Фарид оформил крестьянско­фермерское хозяйство на себя: отцу тогда стукнуло уже 78 лет.

…Недавно встретились с Ибятулловыми­Ибятовыми в Каменном Броде: сестра Фарида устроила поминки по умершему в прошлом году мужу. Остался на вдове весь их бизнес: кафе, четыре магазина, семейная молочная ферма.

Набиулла Гельмутдинович был при параде: в костюме, с трудовыми медалями на груди. Узнав, что мы с Фаридом собрались выехать по полям, 85­летний бабай тут же сорвался с нами.

— Знаешь, сынок, как тяжело стало, — обратился ко мне аксакал. — Техники у нас сейчас много, рабочих рук хватает, да еще гусей держим до полутора тысяч голов, а земли для обработки все меньше. А нам добавить бы землицы­то. На лугах сто гектаров отняли, к тому же брат главы, фермер, границы своих угодий раздвинул за счет нас. А пайщикам, законно оформившим свои земельные доли, не дают возможности передать эти доли нам в аренду. Фарид молчит, а тут кричать надо­!

Мы подъезжаем к свекловичному полю, на котором стоят белые флажки.

— Это мы специально ставим указатели, чтобы при опрыскивании посевов были видны края обработанных полос, — пояснил Фарид Набиуллович.

Ровные строчки культурных растений расчертили поле. Рост неплохой, междурядья чистые от сорняков. Набиулла Гельмутдинович в целом доволен увиденным.

— Так получается, что наши земли разбросаны клочками в пятнадцати местах, — рассказывает Фарид. — А что делать? Паевые земли населения, например, имеют конкретные границы, из них один массив не создашь…

Со свекловичного поля мы поехали в луга. Здесь я увидел поле озимой пшеницы, густой стеблестой радовал глаз…

— Вот это поле я засеял в прошлом году последний раз, оно было в аренде, и сейчас его у меня отнимают, — посетовал Фарид. — А ведь столько сил и средств пришлось потратить, чтобы привести в порядок заросшую кустарником землю! Привел, стал получать хорошие урожаи. И вдруг узнаю, что поле это собственницей земли передано другому человеку.

Видно, что Фарид стал настоящим фермером. Он умеет практически все: и на тракторе, и на комбайне, и на грузовике работать, любую технологическую операцию выполнить, кроме сева сахарной свеклы — эту тонкую работу он поручает опытному механизатору Масхуту Гайнутдинову. Тот хотя и на пенсии, но помогает фермерскому хозяйству. Как и заслуженный агроном Республики Татарстан Рамис Шарафутдинов.

— А что нам дома сидеть, — рассуждает Рамис Фаттахович. — Для нас посевная и уборка — это как весна для перелетных птиц: сигнал к действию. Фарид — хороший руководитель, умеет создать деловую обстановку, добрый микроклимат. И работа у него спорится.

Вспомнилась недавняя история, произошедшая в соседнем селе Энтуганы. Некоторые жители этого села, размежевав и оформив в собственность свои земельные паи, находящиеся в аренде у агрохолдинга, хотели использовать их с большей отдачей: одни решили сами работать, другие — сдать в аренду фермерам, в том числе Фариду Ибятову, который за аренду пая уже несколько лет выделяет собственникам земли по целой тонне зерна в год — в три раза больше, чем агрохолдинг. Увы, сельчанам не дали осуществить свое право, сославшись на действующий договор, составленный на… 49 лет.

Ибятовы — уникальная семья. У Фарида и его супруги — четыре сына: Фирзар, Алмаз, Муса и Ильмаз. И все четверо работают в фермерском хозяйстве отца. Фирзар в основном на перевозках — в его распоряжении «Камаз». В уборочную страду — главный комбайнер на «Полесье». После уборки поднимает на тракторе ДТ­75 зябь. Алмаз на глазах становится специалистом сева. Зерновые — это уже почти целиком его специализация. И уже неплохо получается сев сахарной свеклы — это глава КФХ стал доверять сыну сев отдельных участков. Муса совсем недавно вернулся со службы в армии. Отец его ни о чем не спрашивает, дает парню оглядеться. Но тот уже решил для себя: нынешним летом работать будет у отца. Только что он доверит? Хорошо бы новый колесный трактор получить — вон он, красавец, стоит на машинном дворе.

Ильмаз — это четвертый сын Фарида Набиулловича, еще школьник, 13 лет. Но и он в машинно­тракторном парке отца не гость: помогает всем, кто в его помощи нуждается.

А вообще все Ибятовы — универсалы, все могут. Так и должно, наверное, быть в фермерском хозяйстве.

Когда я спросил Фарида, прошедшего и засуху 2010 года, и вкусившего соленого пота других лет, что же его привлекает в работе на земле, он ответил:

— Даже и не знаю, как это объяснить…

Зато Алмаз — в замазученных штанах, с голым торсом, с промасленными руками, оторвавшись от ремонта трактора, сказал так:

— Здесь, в полях, как­то спокойно, нет суеты. Вот мои ровесники, я смотрю, суетятся, ищут счастья в городах. А потом рассказывают: устроились на работу — зарплата 20 тысяч, половину отдают за наем квартиры. Свою купить — 3 миллиона надо. Где взять? В глазах — тоска… А я здесь себя чувствую уверенно.

Да, разная молодежь на селе растет. В том числе и такая вот, как Алмаз, как его три брата. Да, у них есть проблемы: сил много, а земли мало, много не заработаешь. К тому же Фирзар живет в Казани, Алмаз — в Буинске — за 40 километров от Каменного Брода, и только летом — у отца. Участков для строительства жилья в селе им не дают. Братья давно не смотрят по телевизору передачи, где представители властей говорят одно, а делают другое. Агитируют за то, чтобы молодежь оставалась на селе — условия, мол, для этого создаются. Ну и что — где они, эти условия?

В КФХ «Ибятов Ф.Н.» было более 600 гектаров земли. В прошлом году осталось 560, нынче — 440. Но Фарид не унывает. Размышляет, как бы теплицу, каркас которой уже стоит, достроить. С сыновьями ведет беседы на предмет строительства семейной фермы: любая новая идея должна созреть. Ну и о расширении арендуемых земель не перестает мечтать. Они крепкие, Ибятовы. Ни на испуг, ни на излом их просто так не возьмешь. Корни сильные! Да и земля­матушка тем, кто на ней работает не абы как, а на совесть, с заботой да лаской, тоже дает свою энергию. В этом нет сомнений. А откуда же ее, будь иначе, берут фермеры, преодолевающие любые трудности на своем фермерском пути.

 

Владимир Белосков.

На снимке: Ибятулловы­Ибятовы — Муса, Фарид, Набиулла Гельмутдинович, Ильмаз и Алмаз.

Фото автора.

Вернуться в раздел "Разное"