Маленькое дело лучше большого безделья

13 декабря 2018

Как ни старается общество создать равные условия для города и деревни, улучшить комфортность проживания сельчан, сократить их отток из родных мест — увы, проблема остается очень острой. Особенно волнует тот факт, что уезжает молодежь, что село стареет и немало малых населенных пунктов уже исчезли с карты республики, другие вот-вот канут в Лету... Неужели этот процесс необратим, неужели не за горами время, когда села останутся при больших фермах и прочих сельскохозяйственных гиперконгломератах, но без людней, как «по-черному» спрогнозировал один из наших политиков? Не хочется думать о плохом. И не надо думать — надо действовать, повышать деловую активность села, делиться опытом, ставить в пример лучших и поощрять их.

Сегодня мы расскажем о нескольких сельских поселениях Спасского района, каждое из которых живет своей жизнью, но озабочено единой целью: сохранить село, добиться стабильности и процветания малой родины. Люди считают, что главное при этом — иметь возможность работать и зарабатывать, приносить пользу обществу. А значит, нужно делать ставку на развитие малых форм и непременно поощрение деловой активности села. Каких успехов на этом поприще добились сельчане Спасского района?

 

 

Душу вложишь — все сможешь

Село Иске­Рязяп, которое до 1958 года называлось Старый Баран, расположено на юго­восточной окраине Спасского района. До райцентра — 87 километров, не наездишься, так что жители села привыкли надеяться только на себя и свое подворье. С таким алгоритмом самодостаточности живут и сегодня. Кстати, село Иске Рязяп — самое крупное в Спасском районе, здесь 450 домов и более 1200 жителей, протяженность населенного пункта с одного конца до другого составляет четыре километра.

Глава Иске­Рязяпского сельского поселения Мансур Нугаев родился и вырос в селе Иске­Рязяп. Семья была большой, поистине –»семь­Я», и все семеро — мальчики. Второй по старшинству среди братьев, Мансур стал педагогом, преподавал физику и математику в родной школе, затем был ее директором. А с 1990 года Мансур Нугаев возглавляет Иске­Рязяпское поселение. Вся жизнь прошла в селе, так что кому еще, как не ему, лучше других знать своих земляков, их запросы, чаяния.

Мансур Асгатович считает, что в его родном селе очень хорошая деловая активность. В первую очередь, потому, что люди самостоятельные, ни от кого не ждут подачек — сами и о себе позаботятся, и нуждающимся соседям помогут. Взять главу КФХ «Хамидуллин Д.М»: он успешно занимается животноводством, выращиванием зернобобовых культур, а еще он активный член совета сельского поселения. Еще один успешный фермер на селе — Вагиз Мухаметов, который в 1988–98 годах возглавлял местный колхоз имени Тельмана, а затем четыре года был председателем СХПК «Екатериновский» в Спасском районе.

В Иске­Рязяпе и в школе есть небольшая ферма с овцами, коровами, за которыми старательно ухаживают старшеклассники, вовлекаются в интересную отрасль. Может, поэтому и молодежь из села уезжать не торопится — находит­ дело по душе, и все получается.

Равиль Курбанов с детства не стрелял «из пушки по воробьям», не стремился переехать в город, ему по душе был сельский уклад жизни. Парень трудолюбивый, ответственный, считает, что жить и работать надо по совести, а также­ по возможностям и способностям. Равиль Курбанов — владелец успешного ЛПХ, каких, впрочем, немало в Иске­Рязяпе.

— Село у нас очень крепкое, — уверяет молодой сельчанин, — люди живут собственным трудом, выращивая хлеб, ухаживая за скотом, продавая излишки собст­венной сельскохозяйственной продукции. Хотя последнее не просто — сбытовые проблемы на первом месте. В конце — концов, мы труженики земли, а не торговых прилавков, поэтому сельчанам легче сбыть свой товар пере­купщикам, чем тратить время и нервы на поиски покупателей. И перекупщики этим пользуются...

— Самые активные в селе — владельцы ЛПХ. Занимаются скотоводством, на подворьях много птицы: кудахчут куры, гогочут гуси, есть утки, индюки, — с удо­вольствием­ представлял свое посе­ление, указывая то на одну, то на другую фотографию на стенде, Мансур Нугаев, когда мы встретились с ним в Болга­ре на зональном семинаре, посвященном повышению деловой активности и развитию малых форм хозяйствования на селе. — Представляете, только у владельцев­ ЛПХ в работе 115 тракторов, и у всех, как правило, в наличии неско­лько навес­ных тележек, будь­то для соломы или еще для чего. Все сельскохозяйственные процессы механизированы. У нас и женщины­ с техникой неплохо справляются. Вот, на­пример­, Наиля Габделхакова, владелица ЛПХ, сама за трактором. Да еще не только на себя работает, но и соседям помогает обработать участок, убрать картошку. У нее в хозяйстве всегда с десяток голов КРС — справляется­. А недавно замуж вышла, так что дела в хозяйстве Наили теперь, уверен, еще резвее пойдут.

 

Слегка помолчав, немного сбавив пафосный пыл, Мансур Асгатович обозначил главную проблему сельчан­:

— Нужно повысить закупочные цены на молоко! А также на мясо и зерно. Без этого толка не будет. Мы на селе трудимся, не покладая рук, с утра до вечера, и должны иметь достойную оплату за свой труд. И еще надо учесть, что без сельхозпродуктов и дня не прожить, а в одном костюме можно долго проходить... Сельчанам нужна стабильность — 20­25 рублей за молоко, около 10 рублей — за зерно, 250­300 рублей — за мясо. И тогда не надо никаких господдержек — сами справимся. И не будут гроздьями висеть на нашей шее всякие контролеры, проверяя сельхозпроизводителей на предмет получения денег­ из банка. Надо бы еще грамотным людям посчитать: если соберем все субсидии, может, их вообще хватит на стабильные закупочные цены... Так наши люди думают. Вот сейчас все о кооперации говорят, о том, что надо объединяться. Неплохо. Только пусть деньги напрямую дают, а то трутней развелось... Я бы сельчанам вообще беспроцентные кредиты давал... Ведь если у них урожая не будет — не выживут. А порой не рады, что вырастили высокий урожай, не знают, как продать, чтобы в убытке не остаться, по такой низкой цене. И еще одна проблема, которая мешает сельчанам: чтобы получить господдержку, например, 300 рублей на одну корову за ветуслуги, нужно оформить кучу документов. Туда отдай, сюда — это чехарда какая­то... Все надо убрать и действовать напрямую. А то больше за оформление документов платишь, чем получаешь субсидию. Люди от нее отказываются...

Есть уход — будет и доход

С секретарем исполнительного комитета Аграмаковского сельского­ поселения Ириной Семеновой мы познакомились на одной из сельс­ко­хозяйственных выставок. Она пред­ставляла продукцию, произведенную земляками, рассказывала о поселении. По количеству жителей СП небольшое — 579 человек, в его состав входят два села — центральная­ усадьба Аграмаковка и Татарская Тахтала. Оба селения с богатой историей — первое образо­вано в начале XVIII века, второе и того ранее — в XVII веке.

Испокон веков здесь процветало­ молочное скотоводство — оно и сейчас, как говорят, в тренде. В поселении успешно работают три семейные фермы, две из которых принадлежат семье Гайнуллиных. Рафис Мингарифович первым создал семейную ферму КРС, по его стопам­ пошел сын Ильмир. Сначала работа­ли вместе, а затем младший Гайнуллин решил, что достато­чно набрался опыта и готов трудить­ся самостоятельно. Каждое утро к фермам отца и сына подъезжают молокосборщики, и фермерское молоко от 32 буренок у отца и 18 у сына уезжает на переработку.

По подобному «семейному подряду» работают в Аграмаковке Александр Соленов и его брат Владимир. Первый владеет семейной фермой, занимается производством сырого молока — у него 54 головы КРС, в том числе 24 коровы, а также растениеводством; второй возглавляет КФХ «Соленов В.С.» — выращивает зерновые и зернобобовые культуры. Еще два семейных КФХ работают в Татарской Тахтале под руководством братьев Талгата и Шамиля Шабановых, которые сосредоточили свои силы на выращивании зерновых и зернобобовых культур. А Талгат Анварович занимается еще и животноводством — у него 24 головы КРС, из которых 11 коров.

Ирина Семенова с гордостью рассказывала об успехах земляков, которые продолжают традиции предков­ и не собираются сдавать позиций.

— У нас вообще очень рабо­тящий­, ответственный народ, готовый трудиться от зари до зари. Не всем по плечу создавать семейные фермы или КФХ, — призналась Ирина Семенова. — Для этого нужно и нема­лый начальный капитал иметь, и кое­что в экономике смыслить, и бухгалтерскими знаниями владеть. Но ведь есть и форма более простая­ — ЛПХ, в нашем посе­лении насчиты­вается 160 таких хозяйств. У насе­ле­ния в общей сложности содержатся 708 голов КРС, из которых 282 коровы. Некоторые владельцы ЛПХ имеют стадо из 10 и более голов КРС. Например, у Г.Файзутдинова их 16, из которых 8 коров, у Д.Нурулли­на — 15 голов­ КРС, в том числе 6 коров. А вообще­, по своему опыту скажу, — тяжело коров держать. Поэтому непременно нужно повысить закупочные цены на молоко, да и на мясо тоже. А то ведь так прижали народ, что и вздохнуть­то тяжко. Только ему деваться некуда, вот и терпит... А молодежь терпеть не хочет — почти все уезжают из села­.

Ирина заверила, что содержание скотины, производство молока и мяса — главное занятие владельцев ЛПХ в Аграмаковском сельском поселении, но не единственное. Практически везде люди держат огороды, выращивают различные овощи и фрукты, соб­ранный урожай консервируют, солят, маринуют, квасят, делают компоты, варят варенье. И не только для себя — везут на ярмарки в райцентр. Тем и живут, надеясь на свое личное хозяйство, на трудолюбивые руки. И пенсионеры, кстати, всегда при деле — если и сидят на лавочке или по вечерам на диване перед телевизором — то непременно с вязанием, вышивкой или какой другой работой.

 

Шьют, плетут и вышивают

Лет 10­15 назад Кузнечиха пере­живала непростые времена: старинное и крепкое село, до 60­х годов прошлого века районный центр Татарии, захирело и стало пустеть. Главная причина — закрытие предприятий, нехватка рабочих мест. Жители возрастом помоложе паковали чемоданы и переезжали: кто в Болгар, кто в Самару, кто в Толь­ятти и другие более перспективные населенные пункты. Оставались старики и те, кому было уезжать не к кому и не на что. Очень грустно­ было наблюдать свалившееся на некогда трудолюбивую и оптимис­тичную Кузнечиху запустение...

Ситуация стала постепенно ме­ня­ться, когда главой сельского по­се­ле­ния стал Радик Ибрагимов, попытавшийся дать новый толчок Кузнечихе, на собственном примере пока­зывая сельчанам, что не стоит унывать и предаваться безделью — надо работать, уж где­где, а работа в собственном хозяйстве всегда найдется, было бы желание да умелые руки.

А тут появилось новое веяние — уже не из Кузнечихи, а в Кузнечиху стали приезжать люди, покупая здесь земельные участки, строя дома. Но вот непруха: с работой в селе по­прежнему были проблемы, все места заняты. Однако приезжие не растерялись — убедившись, что под лежачий камень вода не течет, сами­ себе стали создавать рабочие места.

В 2014 году, купив земельный участок, в Кузнечихе поселилась семейная пара Тестоедовых из Кирова. Светлана — банковский работник, Олег — еще молодой по возрасту мужчина, хотя по рангу пенсионер МВД. Казалось бы, чем им тут заняться? Но Кузнечиха супругам понравилась и выгодной ценой на землю, и красивой природой. И поиском работы Тестоедовы не озаботились — всем сообщили, что они мастера по лозоплетению, и намерены заниматься этим ремеслом.

— Лозоплетению мы с мужем выучились еще в 2012 году в Киро­ве. Там специально собирают группы­ безработных, желающих получить навыки этого ремесла, и адми­нистрация города оплачивает обу­чение­. Лозоплетение в Кировской области широко распространено — лесов и болот там гораздо больше, чем в Татарстане, материала много, он и качеством лучше, — поведала Светлана. — Зато здесь конкуренция меньше. Нас сами клиенты находят, поначалу вообще не успевали работать — так много было заказов. Сейчас спокойнее, рынок в нашем районе насытился. И мы стали выезжать­ на ярмарки в Казань, другие города. Корзины — самые распространенные и популярные изделия. Мы их делаем разных размеров, форм, с крышками и без. Еще плетем из лозы домики для кошек, сундуки, оплетаем бутылочки и другие емкости. Материал берем у природы — по берегам рек, озер, по краям дорог режем стебли кустарников.

Интересуюсь, как распределяются обязанности в работе? Светлана призналась, что Олег в основном занимается заготовкой — режет, варит, чистит. А она плетет.

— Но в последнее время и муж стал плести крупные вещи, — улыбается Светлана.­ Они требуют физической силы. Ну а я больше специализируюсь на мелких изделиях, где требуется тонкая работа. А недавно стала к нам соседка Людмила Данилина заходить, учиться лозоплетению. Помогаем ей, если что непонятно. Я в Кузнечихе научила и школьников корзины плести.

Еще одна семейная пара, переселившаяся в Кузнечиху из Тольятти­, — Анастасия и Сергей Шляковы.

— Работы тут, в селе нет. Мы на себя только надеемся, — расска­зала Настя. — На подворье у нас пять коз, лошадь, раньше держали много птицы. Но главное наше дело­ — семейная студия. Это столярная мастерская, где мы уже три года изготавливаем деревянные игрушки. Делаем также резьбу по дереву — иконы, панно, деревянную посуду. А я еще с 2010 года занимаюсь валянием — изготавливаю разные игрушки. Недавно увлеклась росписью по дереву... Свою продукцию сбываем через интернет, продаем на различных ярмарках, и даже заграница делает заказы.

Свой маленький бизнес и у Фирюзы Джанизаковой, которая переехала в Кузнечиху из Тольятти, а до этого жила в Ташкенте. По профессии Фирюза Рашидовна психолог, но с ее специальностью в селе невозможно устроиться. Да и годы уже немолодые. И вспомнила женщина детское увлечение — кукол, как одевала их, украшала. Сейчас в ее доме каких только кукол не встретишь, в самых разнообразных национальных костюмах. Фирюза Рашидовна их не только наряжает, но и сама, так сказать, на свет производит из папье–маше. Ну а сбывает свою продукцию мастерица в собственном магазинчике в Казани.

 

На снимках: кадры решают все и в Спасском районе.

Людмила КАРТАШОВА. 

Фото автора.

Вернуться в раздел "В номер!"

Комментарии: