Светятся окна в сельском клубе

10 января 2019

Снежинки кружатся в ночном воздухе, залепляют лобовое стекло машины. Поземка заметает дорогу, да так, что в ка­кие-то мгновения кажется, что едешь по полю, из-за чего­ невольно притормаживаешь и начинаешь напряженно всматриваться вперед. Хорошо хоть шоссе широкое. Да и обочины почищены. Сразу видно — тут грейдеристы не спят. Но вот, наконец, лучи фар выхватывают дорожную табличку с названием деревни: «Якты­Кен», что означает «Светлый день». Поворот и… Что это? Куда я попал? В Казань? В Москву?

На единственной улице деревни от фонарей светло, и она запружена народом. Люди явно куда­то направляются. Минутка замедленной езды, и становится ясно: жители идут в местный клуб. Ну как же — завтра Новый год. Что ж, заглянем туда и мы.

Бревенчатое помещение клуба расположено в центре деревни. Именно перед ним широкой парковочной площадкой заканчивается бетонка. Тут уже припарковано несколько легковых автомобилей. Маленький зрительный зал клуба заполнен до отказа и он украшен разноцветными гирляндами, на сцене в углу елочка с игрушками — символ новогоднего праздника. Сразу обращаю внимание на то, что сидят только бабушки, женщины и малыши. Мужчины же стоят вдоль задней стены. Среди стоящих замечаю и знакомого, с высоким лбом представительного мужчину, седые волосы которого зачесаны назад. Ба, да это же глава Качелинского сельского поселения Талгат абы Закиров! Тоже приехал на новогодний вечер. Подумалось: мог бы и на передний ряд сесть — власть все же. Но вот он так решил…

Арская деревня Якты­Кен маленькая, домов три десятка насчитывается. Правда, и глубинкой ее не назовешь: стоит прямо в центре России, да и до райцентра — рукой подать, вечером над лесом видно сияние от городских огней. Три­четыре дома, правда, с темными глазницами окон: там не живут, дома выставлены на продажу. Но сегодня это обстоятельство в глаза не бросается. Праздничная иллюминация на фасадах и в окнах других домов, множество легковых машин, полный клуб народа создают предпраздничное настроение. А вскоре оно перерастает и в удивление: тут, оказывается, артистов — ползала. Да­да! В сценках, в вокале, танцах выступают не только все местные школьники, а их в Якты­Кене четверо, но и не знакомые мне молодые люди. Неужели пригласили со стороны? Тогда на какие деньги?

А вот на сцену выскакивают и зрители: то по двое, то по трое, а то и сразу несколько. Это завклубом Лилия Мухаметгалиева, проявляя себя незаурядным культорганизатором, вовлекает в игры и сидящих. Вот уже и я оказываюсь на сцене — а куда деваться, если в празднично­концертное действо вовлечен даже глава поселения? Приходится лихорадочно вспоминать навыки, полученные в далекой юности в составе школьно­колхозной агитбригады. За кулисами глава участливо спрашивает: понимаю ли я по­татарски? Рахмэт, Талгат Давлиевич, за внимание! Но разве у настоящего искусства есть языковые границы?! Вперед! И вот я, «жгучий грузин», танцую, вращая белками глаз, лезгинку — по крайней мере, я так думаю. И признаюсь в любви и прошу руки «дочери короля», а отвергнутый, заламываю руки и ухожу униженно прочь. Без всяких репетиций, на одной импровизации. А что делать — не я же один тут такой.

 В Якты­Кене, оказывается, с артистическим талантом целые семьи. Вот классный танец выдает девятиклассница Ляйля. Она живет в Казани, но охотно приезжает с матерью в деревню к бабушке с дедушкой — Хафизу и Фариде Мухутдиновым. Способности к танцам у девушки, похоже, наследственные — за несколько минут до выхода юной танцовщицы на сцену тут зажигала зрителей мама Гузалия. Которая, кстати, вскоре сыграла и роль дочери короля в сценке: царственный взмах ее руки, отвергавший притязания на нее очередного претендента, просто очаровывал.

Не на шутку разошлась и семья Шакировых. Шустрая, обладающая завидным стартовым ускорением Венера ловко «подсидела» в шаге от финала игры со стульями редактора газеты «Земля­землица», тоже­ не лыком шитого, а в финале одержала безоговорочную победу. После этого уже не пришлось удивляться, когда ее сын Рамиль первым подоил «корову», в считанные минуты размотав рулон туалетной бумаги, а его девушка с завязанными глазами победила в конкурсе «кто больше соберет в пакет «снежинок» — бумажных комков. Дружные аплодисменты достались и четверокласснице Аиде Ганиевой — танцевала она прекрасно. И когда только успевает репетировать?

Кстати, похоже, завклубом привлекла к участию в праздничном вечере всех яктыкенских школьников без исключения. Вижу первоклассника Камиля Нуриева — он, оказывается, дебютирует на сцене. А на лице — ни тени волнения, только улыбка — будто прямо тут, на сцене, и родился. Ну а чего дрейфить, если рядом друг — Инсаф Галиев: второклассник, он уже в высоком сценическом искусстве поднаторел. Тем более, что и сестра его Гузалия, воспитательница в детском саде, тоже тут, она — и ведущая, и солистка…

Все самодеятельные артисты были награждены призами и аплодисментами зрительного зала.

…В паузе все дружно зовут Деда Мороза и Снегурочку, и они появляются. Сначала любуются выступлениями артистов, а потом раздают подарки детям. Нешуточные подарки, кулечки солидные. Это Лилия Ильгизовна традиционно привлекла спонсора, на этот раз арского предпринимателя — хозяина здешней птицефермы. Свой вклад в мешок с гостинцами внесли и другие благотворители: семья Шакировых и заведующая местным магазинчиком Чулпан. Подарки достались и школьникам, и младенцам, осчастливили конфетами и самых активных зрителей.

Дедом Морозом в этом году выступил Ришат Ахмадиев. Он в Якты­Кене поселился недавно. Впер­вые выступили на сцене и его дети — Айнур и Ильяр.

Яркие ощущения от теплой атмосферы предновогоднего вечера, всколыхнувшихся воспоминаний далекой юности долго еще грели душу.

На следующий день после концерта спрашиваю Лилию Ильгизовну, как ей удалось вовлечь в праздничную программу так много народа — и местных жителей, и гостей?

— Я со всеми стараюсь поддерживать хорошие отношения, постоянно контактирую, у меня есть номера телефонов всех вчерашних участников вечера, — рассказывает она. — Радует, что наши самодеятельные артисты активные, охотно откликаются на предложения выступить, долго никого уговаривать не приходится. Например, вокалистка Раиля Хафизова живет в Качелине, но всегда откликается на просьбы поучаствовать в концерте, такая же отзывчивая и Ляйля Мухутдинова…

Надо сказать, что предновогодний вечер, продолжавшийся около двух часов, мог продлиться еще дольше, если бы выступила еще и «тяжелая артиллерия» артистического Якты­Кена. Это участницы известного в районе фольклорного коллектива «Уракчы кыз», замеченные и на республиканской, и на всероссийской сценах. В их числе самые активные — Суфия апа Сабирзянова, однофамилицы Зайтуна апа и Гульназ апа Ганиевы, Гульнур апа Нуриева. В составе фольклорного коллектива — и сама завклубом Лилия Мухаметгалиева.

— Нашему коллективу уже пятнадцать лет, — рассказывает Лилия Ильгизовна. — Мы регулярно собираемся, репетируем, выезжаем на конкурсные выступления. Нам друг с другом интересно, и мы понимаем важность того, что мы делаем: сохраняем традиции татарского народа, его язык и культуру. В этом году нас наградили дипломом «За возрождение народного фольклорного творчества».

Лилия Мухаметгалиева родилась в деревне Средние Аты Арского района. Среднюю школу окончила в соседнем селе Наласа, затем в Казани выучилась на бухгалтера. Вышла замуж за механизатора Фаниса, переехала в Якты­Кен, деревню, ставшую ее второй малой родиной. До первого декретного работала в колхозе, а с 2002 года — заведующая клубом.

— Арский район, наверное, один из немногих в республике, где сохранились все сельские клубы, даже в малых деревнях, — говорит Лилия Ильгизовна. — У нас всегда к вопросам сохранения культуры, языка, традиций и обычаев и местные власти, и сам народ относился и относится очень внимательно. До сих пор работают 85 клубов. Не случайно же наш район — родина великого Габдуллы Тукая…

Жизнь в деревне Якты­Кен мало чем отличается от жизни других малых населенных пунктов. По части соцкультбыта здесь порядок: есть и сетевой газ, и центральный водопровод, и телевидение, и даже интернет. Постоянно здесь чистят дорогу, каждую вторую субботу работники коммунальной службы забирают пакеты с мусором, причем, строго в определенное время — в восемь утра, поэтому на улице деревни всегда чисто. Ребят на занятия в село Старое Чурилино возит школьный автобус.

Сложнее с работой. Устроиться не просто. По пальцам одной руки можно пересчитать тех, кто, постоянно живя в деревне, на работу выезжает куда­то рядом. Возле самой деревни давно нет мастерской, а на новой маленькой птицеферме много работников не требуется. Муж Лилии Мухаметгалиевой Фанис ездит на работу в ООО «Возрождение», но там на зиму механизаторов отправляют в неоплачиваемый отпуск. А коммунальщики почему­то этого не учитывают, требуют за свои услуги оплату каждый месяц. И за газ, и за электричество, и за воду, и за мусор. А ведь еще и детям образование надо давать — не всем удается на бюджетное отделение поступить. Дочь Энже, слава Аллаху, уже окончила Российскую Академию правосудия в Казани — очно бакалавриат и заочно магистратуру, сейчас работает в Арске инспектором по делам несовершеннолетних. На праздничном вечере она была Снегурочкой. А вот сын Алмаз, ведущий предновогоднего вечера, — тот еще десятиклассник, ему еще только предстоит вставать на ноги, значит, и денег надо много. Поэтому Мухаметгалиевы держат двух коров, бычков. На задах у них всегда солидный стожок сена. А что делать? Под лежачий камень вода не течет.

Люди приспосабливаются к реалиям. Семья Нуриевых, например, никуда не расползлась. У Наиля и Гульназ все три сына живут здесь, в Якты­Кене. Дамир и Динар ездят на работу на сторону: один — в Калинино, другой — в Высокую Гору, оба с помощью отца построили в Якты­Кене добротные кирпичные дома, у Дамира уже появились и хозяйственные постройки. Младший Ильназ, как и положено в татарских семьях, живет с родителями. Он работает охранником, но надеется найти работу экскаваторщика. У него есть права механизатора широкого профиля, он и с импортной техникой «на ты». У Нуриевых­старших на задах целая мини­ферма: 8 дойных коров, несколько бычков, стога сена и соломы. Механизатор Наиль абы целыми днями крутится как белка в колесе: днем — в ООО «Игенче», утром и вечером — на подворье.

…Белая поземка метет по улице Светлая в деревне Якты­Кен, в белом мареве загадочно стоит лес за околицей, на опушке видна свежая, еще не запорошенная лыжня. Деревню жизненные обстоятельства потрясывают, испытывая на прочность.

Но вот идет снегоуборочная машина, жители лопатами очищают от снега придомовую территорию, на подворьях — хозяйственные хлопоты. И призывно сигналит машина завмагом Чулпан, приглашая купить свежие продукты. При встре­че друг с другом сельчане здороваются, перекидываются шут­ливыми фразами. Видно, что как бы трудно ни было, люди не отчаиваются даже в нынешних непростых обстоятельствах, трудятся, «крутятся», не давая себе поблажек, понимая, что их судьба — в их собственных руках.

И продолжает работать клуб. Небольшой, бревенчатый. Но как в нем тепло и уютно.

Владимир Белосков.

 На снимке: завклубом Л.Мухаметгалиева.

Вернуться в раздел "Культура и мы"

Комментарии: