Крестьянин без земли, что дерево без корня

05 апреля 2018

Испокон века земля для крестьянина была кормилицей. Отобрать ее у него, если он хочет и умеет на ней работать, все равно, что оставить дерево без корня. А ведь так нередко и бывает.­

Фермер Минзифар Исмагилов из села Большая Елга — человек известный и уважаемый, и не только в родном Рыбно­Слободском районе. Он закупает и перерабатывает молоко, наладил производство колбас и сыра, возглавляет сельскохозяйственный потребительский кооператив. В общем, приносит пользу и себе, и обществу.

Так вот, в свое время Исмагилов выкупил у земляков­пайщиков свидетельства на право собственности на землю. Получилось по бумагам в общей сложности 71 пай или 291 гектар.

Стал работать. Пахать, боронить, сеять. Но начались конфликты — не свою, мол, ты землю обихаживаешь, Минзифар.

Терпел­терпел это фермер, да и пошел с выкупленными свидетельствами в районные земельные службы, заявив о желании выделить для себя те самые бумажные площади в реальные сельхозугодия с конкретными узаконенными границами. И... не смог. Оказывается, в выкупленных фермером свидетельствах отражена оказалась такая чехарда, что ни регистрационный­ орган, ни кадастровая палата, а в дальнейшем и судебные инстанции не смогли во всех этой кутерьме разобраться. Так, например, вдруг выяснилось, что на его сравнительно небольшом земельном, пусть пока и виртуальном, наделе площадью 291 га «прописалось» более... двухсот пай­щиков. И все они качают свои права. Но откуда они взялись? Понятно, что напартачил в свое время кадастровый инженер. Но как такое могло произойти?

Об этой своей проблеме Минзифар Нургалиевич решился рассказать на коллегии Минсельхозпрода РТ, участие в которой принимал Президент РТ Рустам Минниханов. Глава республики, выслушав, дал поручение тщательно изучить ситуацию. Так для рыбно­слободского фермера забрезжил свет в конце туннеля.

Но ведь не у каждого есть возможность выступить на столь представительном форуме. Да и не у каждого хватает духу выступить с критикой власти.

…Вспоминаю злоключения фермера Станислава Викторова и его пожилого отца Анатолия Михайловича из деревеньки Старая Тура Высокогорского района, которые держат семейную ферму. Места для ведения хозяйства очень мало, Викторовы мечтают о дополнительных сельхозугодьях, которые стали бы частью их собственности, помогли расширить хозяйство. Увы, проблема не решается. А вокруг — заросшие сорняками территории, давно никем не обрабатываемые. Но попробуй, займи хоть гектар...

— Это проблема не только нашего поселения, но и всей России, с которой страна столкнулась после распада колхозов и совхозов, — говорит Фидаиль Нигметзянов, глава Чернышевского сельского поселения, куда входит Старая Тура. — Когда перестал существовать совхоз «Чернышевский», землю раздали населению в качестве паев. Паи скупил один крутой предприниматель, и они являются его собственностью. Он за нее платит налоги, и я ничего не могу сделать, хоть земля и расположена на территории нашего поселения…

Это называется «сидит собака на сене», болезнь старая­старая. Но, похоже, неизлечимая. Ибо подобных примеров, когда земля приобретается в собственность, как капитал, немало. Расчет при этом такой: земля подорожает, и тогда, продав ее, можно хорошенько заработать… А настоящие фермеры мучаются от малоземелья.

Кроме паевых, у иных фермеров имеются в наличии еще и государственные, ныне это муниципальные земли, которые предоставлялись им в аренду на определенное количество лет. Федеральным Законом «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» предусмотрено: если земля находится в аренде в течение трех и более лет, то фермер вправе написать заявление о предоставлении этой земли ему в собственность и выкупить ее. Но и тут проблемы: руководство ряда муниципальных районов отказывает фермерам в этом праве, придерживаясь известной точки зрения — «не пущать...». Таких примеров по республике хватает. «Земля­землица» уже писала, например, о мытарствах пайщиков села Энтуганы и Камброд Буинского района, которые, даже узаконив свое право собственности на конкретные земельные участки, не могут их получить из­за конфликта с работающим на них крупным инвестором. Из села Аккирее­во­ Черемшанского района в редакцию обратился местный житель Александр Ефимов. Он размежевал приобретенные им земельные паи, зарегистрировал их, но в прошлом году межевые столбики были кем­то смяты, а землю засеял... инвестор. Нынче, вроде бы, районные власти пообещали Ефимову восстановить справедливость, но недавно в редакции раздался звонок, позвонил Александр Ильич: «Землю, вроде бы, дают, но не те, которые мной размеже­ваны, а на отшибе, в овраге­...».

Почему такое происходит? — задаемся этим вопросом мы, задается им и председатель Ассоциации фермеров и крестьянских подворий РТ Камияр Байтемиров. Почему чиновники, которые, в принципе, нарушают закон, не выполняя его по отношению к фермерам, не несут ответственности, зато с легкостью передают земли так называемым крупным инвесторам? Где логика? Или инвесторы лучше хозяйствуют? Ничуть.

Сейчас у многих фермеров заканчивается срок аренды на землю. Если ее им про­длевают, то — на очень короткий срок. Почему? Разве это правильно? Разве при такой постановке дела фермер будет вкладываться в землю, обихаживать ее, сохранять ее плодородие? Если фермер как бы пребывает в «подвешенном состоянии», если ему в любое время могут сказать: срок аренды истек, землю забираем…

Вы можете спросить: а зачем крестьянину — фермеру или владельцу ЛПХ — оформлять землю в собственность, пусть пользуется арендой. Вопрос не праздный, а очень даже насущный. Представьте, что вам предложили выбрать жилье на съемной квартире или в собственном доме, чему отдадите предпочтение? Конечно, второму, потому что свое — это свое, в него не грех вложиться и выгода при этом налицо. Так же и с землей. Увы, оформить землю в собственность сегодня становится проблемой даже для доказавших свою эффективность фермеров.

Весьма запутанные сегодня отношения с землей и у многих владельцев ЛПХ. Корни этой             неразберихи затерялись в далеких 90­х годах прошлого века. Именно тогда крестьянские земли начали «прихватизировать» агрохолдинги, в одних случаях на правах аренды, в других в форме акционирования. Со временем холдинги стали банкротиться, и земли, если они значились средством залога по договорам с банками, перешли последним. И вот сейчас эти самые земли пребывают как бы в подвешенном состоянии: то ли они есть, а то ли их нет.

Что характерно, в большей­ степени данными земельными наделами распоряжались уполномоченные в лице руководителей сельских поселений, которые выполняли указания агрохолдингов. А значит, что хотели, то и делали с вверенными в их распоряжение землями. И сегодня крестьянс­ким подворьям, чтобы вернуть свою землю, не­обходимо затратить немало средств и потерять много сил и времени, чтобы отсудить свою земельную долю.

Еще один аспект: те люди, которые получали свидетельства на паевые земли в 90­е годы, сегодня, увы, уходят из жизни. При этом многие так и не успели оформить наследство. Так образуются массивы ничейной земли, но далеко не всегда их передают тем, кто этого достоин.

Неужели нет никакого выхода? Оказывается, есть. Его, например, нашла Валентина Сабирова из Сатламашевского сельского поселения Апастовского района, сумевшая вернуть в августе прошлого года через суд взятые в долгосрочную аренду ООО «Сельхозпредприятие «Свияга» свои земли площадью 8,42 га. Ей это далось весьма непросто — и пуд соли съела, и настойчивость проявила.

Суть дела в том, что оказавшись в непростой жизненной ситуации после смерти супруга и руководителя КФХ, более десяти лет назад женщина вынуждена была отдать часть земель в аренду вышеназванному ООО. Причем, срок аренды тогда определялся, хочешь — не хочешь, на 49 лет, но с возможностью расторгнуть договор в обоснованном случае. Не так­то просто оказалось фермеру вернуть собственные земли — арендатор решил их присвоить, для чего придумал целую схему. А власти бездействовали. Валентина Сабирова вместе с сыном Рамилем обратились в Апастовский районный суд, который в конце концов расторг договор аренды и вернул земли фермерскому хозяйству. Недаром говорят, что под лежачий камень вода не течет — за свои права надо бороться.

 

Людмила КАРТАШОВА.

На снимке: отец и сын Исмагиловы.

Вернуться в раздел "Под острым углом"

Комментарии: