Красное место

21 сентября 2017

В небольшой деревушке Пановка на окраине Алексеевского района магазин существует, почитай, лет сто. По крайней мере, самая пожилая жительница, 83-летняя Мария Барчонкова, которая родилась в Пановке, утверждает, что райповский магазин здесь был всегда. Другое дело, что обновлялся, перестраивался, менялись продавцы. Но каждое утро в восемь со скрипом открывалась тяжелая дверь торговой точки, и сельчане, в ожидании этого события подпиравшие завалинку, с шумом и гамом заполняли помещение и выстраивались в очередь к прилавку. А кому торопиться некуда — рассаживались на лавочке у окошка и заводили разговоры про то, да это. Клуба в Пановке никогда не было, начальную школу давно закрыли — так что именно магазин превратился в «красное место», где народ встречается, обсуждает новости деревенского и мирового масштаба.

 

Пересуды у прилавка

В Пановку мы приехали в десятом часу. За прилавком стояла продавщица Любовь Белякова, а на «лобной» лавочке у окошка с ведром грибов меж колен сидела пенсионерка Тамара Маслова. Приветливо поздоровавшись, она тут же рассказала, как наведалась в посадку близ деревни, набрала волнушек, свинушек, груздей, подберезовиков. Теперь будет грибочки мариновать да жарить — вот за солью зашла, заодно за хлебом.

— Живу я в Пановке с 82 года, с тех пор, как замуж вышла, — рассказывала словоохотливая Тамара Николаевна. — Дети выросли и уехали. Одна дочь у меня в Казани, другая в Алексеевском живет. Я на пенсии, а до этого работала в садике, была и дояркой на ферме в соседнем селе Базяково. Сельсовет у нас в селе Войкино, не близко отсю­да, больше 10 км. В больницу ездим­ в Алексеевское. А из Базяково, там есть медпункт, за три километра приходит медсестра Гуля. Если кому­ плохо — она в ночь­полночь придет­.

Не успели вволю пообщаться с Тамарой Николаевной, как дверь магазина распахнулась, и слегка запыхавшись, в легком летнем платье вошла Мария Павловна Барчонкова. Ее дом как раз напротив — из окна отследила «движение» у магазина и тут же отправилась узнавать, в чем дело. По­свойски уселась на лавочку­, оценила грибы, повздыхала, что самой уж невмоготу их собирать, возраст не позволяет. И тут же стала рассказывать о себе и родной деревне.

— Каждое утро прихожу в магазин — за хлебом, молочко покупаю, рожки люблю, вермишельку меленькую. И после обеда Любочку проверяю: как у нее дела, здоровье, настроение. Настроение у нашей продавщицы всегда бодрое — молодая еще, только три года назад на пенсию вышла… Сама я родом из Пановки, и дедушка мои с бабуш­кой отсюда. Я сейчас всех старше в деревне. Раньше у нас народа много жило, у каждого в семье детишек­ по 5­7 человек. А потом школьников­ в Базяково перевели, молодежи почти не осталось. Только учительница Ольга Владимировна Демидова и ученик Антон — за ними школьный автобус приезжает, чтобы за 11 километров в школу в село Левашево отвезти. Иногда мы, деревенские, тоже на нем в райцентр едем. Водитель когда берет, а когда и нет…Года три назад в Пановке отменили автобус до райцентра, который по вторникам ходил, и стали мы не выездные. А надо и в аптеку, и в поликлинику, и по пенсионным каким делам. А до Алексеевского сорок километров — свет не близкий.

Тихонечко открыла дверь магазина и присела на лавочку Валентина Григорьевна Садыкова, рассказала свою историю:

— Я здесь родилась, выросла, уехала в Караганду. Вернулась обра­т­но­ в 2001 году — у нас там предприятие закрылось. Деревня когда­то­ была большая, домов 50, а сейчас­ 24 человека осталось. Из живности — куры да утки. Коров­то держать тяжело, кормов нет, все надо покупать. За земельный пай дают пшени­цу, по 3 центнера от «Красно­го Востока», раньше еще сено дава­ли. Есть у нас огороды, понемножку­ овощи выращиваем — картошку, моркошку­. Чем зимой занимаемся? Да снег чис­тим... «Телевизер» глядим, понемно­жку вяжем по вечерам. Дети и внуки­ приезжают на выходные и по праздникам. Было у нас три озера, теперь одно в болото превратилось, а два вообще высохли. А то рыбачили…

Зашли еще покупатели, столпились возле прилавка, выбирая конфеты да печенье к чаю. Продавщица засуетилась, стараясь никого не обидеть.

Магазин в Пановке считается убыточным, да и как иначе, если в наличии два десятка пенсионеров с мизерной покупательской способностью. Какие у нас в стране пенсии — все знают. Вон у Марии Барчонковой 15 тысяч, так ее все богачкой считают, она доплату получает за то, что пятерых детей вырастила, и возраст у нее перевалил за 80 лет. А так пенсии в деревне — семь с половиной, восемь, девять тысяч…

— Выручка когда как: три тысячи за день, полторы, а когда и вообще нет ничего, — рассказывает Любовь Белякова про свой магазин. — В месяц выручка получается 68­65 тысяч рублей. В основном люди идут за хлебом — его через день привозят…

Вышли на магазинное крыльцо всей толпой. Прощались уже как старые знакомые, пановцы приглашали чаще приезжать в гости. И очень просили не закрывать магазин, а то ведь пропадут без него.

 

С убытком торговать нельзя?

Чуть позже, беседуя с председате­лем правления потребительского общества «Коопторг» Алексеевского района Сергеем Дороновым, узнала, что убыточные магазины — это головная боль кооперативной торговли. Они есть в каждом районе, как правило, в отдаленных и малонаселенных деревнях, где у жителей слабая покупательская способность. Приходится их содержать за счет прибыли других доходных точек. И тут ничего не поделаешь: закрой магазин — вскоре и деревня исчезнет. Таких примеров по всей России множество, так что лучше не рисковать. Да и людей, теряющих свою малую родину, согласитесь, жалко.

В Алексеевском районе довелось побывать еще в одном убыточном магазине — в селе Балахчино, где постоянно проживают около шестидесяти человек. Продавец Алсу Ханафеева работает здесь полтора года, каждое утро приезжает за 5 километров торговать в Балахчино из соседнего большого села Мокрые Курнали.

— Летом много дачников и выручка побольше, — рассказала Алсу. — Среди покупателей в основном пенсионеры. Хорошо идет продукция собственного изготовления, которую производят в райцентре: колбаса, котлеты, лимонад. Зарплата небольшая, но меня устраивает. Пожелание — чтобы магазин усовершенствовался, вводились новые технологии. Например, люди просят ввести карточную систему оплаты. А то приходится отправлять их в Курнали — там можно карточки отоваривать, а у нас нет.

Было бы неправильно, пожалуй, всю вину за убыточность торговых точек на селе валить на отдаленность да малонаселенность. Немалую роль играет и человеческий фактор: отношение руководителей райпо и муниципальных образований к проблеме, умение подбирать кадры, грамотно выстраивать экономику процесса.

Взять деревню Бутлеровку в Алексеевском районе, где проживают сто тридцать человек. Товарооборот за август 2017 года составил в местном коопторговском магазине 800 тысяч рублей. Он в республике лидер продаж на душу населения. За счет чего?

Беседую с продавцом, жительницей Бутлеровки Венерой Крыловой.

— Наш магазин работает много лет, все продукты в спросе, есть небольшая промышленная группа, — рассказала Венера. — Мы стараемся, чтобы ассортимент был широкий, чтобы все было в наличии. Уделяем внимание собственной продукции и ее продажам. Пироги, пельмени, вареники, котлеты, манты, колбасные изделия, лимонад, рыба, баранки, хлеб, кисель, мука блинная — все пользуется спросом. Я вообще считаю, что собственная продукция помогает кооперативным магазинам работать рентабельно. И покупателям нравится, в Казани вообще все нарасхват, когда мы там бываем на ярмарках, особенно алексеевскую колбасу спрашивают.

Есть, правда, еще один секрет успешности магазина в Бутлеровке — высокая покупательская способность местных жителей, обусловленная их заработками. Дело в том, что они трудятся трактористами, комбайнерами, доярками, телятницами, скотниками в успешном хозяйстве — колхозе «Родина», где платят хорошую зарплату.

 

Учись у частника

Не только в райцентры, но и во многие сельские населенные пункты внедрились частные магазины. Бывшие некогда монополистами в этой сфере коопторги стали жаловаться, что частники им палки в колеса вставляют, не дают развернуться, покупателей переманивают. И вообще, мол, частники захватили рынок…. Так ли это на самом деле? На откровенный разговор удалось вызвать предпринимателя Вячеслава Иванова, который в поселке Алексеевском держит магазин «Ивушка». В свое время, решив заняться торго­влей, он открыл точку в бойком месте, организовал поставки товаров.

— Мне никто не помогал и не помогает. Все делаю сам — дети еще маленькие, жена в другой профессии, — рассказал Вячеслав. — Ни выходных, ни праздников, как вол работаю… Поначалу вроде дело пошло, а сейчас трудно стало. В наш поселок вошли сетевые магазины «Пятерочка» и «Магнит» — с ними трудно конкурировать. Не знаю, как долго еще продержусь. Концы с концами едва свожу.

Между тем, первый заместитель председателя Татпотребсоюза Рашат Шаймарданов считает, что кооператорам нужно не хаять конкурентов­частников, а учиться у них отношению к труду.

В самом деле, представьте, что вы имеете собственную торговую точку. Это ваша жизнь, бизнес, в который вложены средства семьи и их нужно, грубо говоря, отбить. И для этого будете из кожи вон лезть. Частные предприниматели нередко сами стоят за прилавками, сами завозят товар, убираются в магазине, ремонтируют его. Все сами, потому что это личная собственность. Отношение же наемного работника прилавка к делу, получающего фиксированную зарплату, совсем иное…

В то же время ставить вопрос о конкуренции кооперативной и частной торговли в отдаленных небольших селениях, по мнению Шаймарданова, некорректно. Частник в убыток работать не будет, а кооператорам приходится. Правда, при этом они получают дотации от государства. В этом году, например, из бюджета республики кооператорам выделено 60 миллионов рублей на компенсацию части затрат при доставке товаров в коопмагазины, расположенные на расстоянии свыше 11 км от райцентра.

…В селе Мокрые Курнали частный магазин «Дуслык» соседствует с коопторговским.

Как призналась заведующая последнего Гульфира Заббарова, зависти и конфликтов другу к другу нет. Село большое, более семисот жителей, фронта работ для купли­продажи хватает. А дальше: кто лучше организует свою работу, сумеет привлечь покупателя — тот в выигрыше и останется.

—  У нас магазин мощнее и к нам, наверное, народа идет больше. Отчасти еще потому, что за многие годы существования кооперации на селе люди привыкли к марке «КООП», — призналась Гульфира. — И эту привычку нужно ценить, не терять ее — добросовестно работать, быть с покупателями честными и радушными. Я стараюсь, хотя забот хватает помимо работы в магазине. У нас в семье четыре коровы на подворье, всего 10 голов КРС, не говорю уж об утках и курах. Как успеваю? Встаю в четыре утра, я же деревенская, никакого труда не боюсь.

 

Людмила КАРТАШОВА.

Фото автора.

Вернуться в раздел "Рынок и люди"

Комментарии: