На буксире — «Коммуна»

13 сентября 2018

Такого интервью, как на этот раз в Черки-Кильдуразах, за долгие годы в журналистике брать еще не доводилось. Человек, мнение которого я непременно хотел узнать по важному поводу, сначала просто отмахнулся, потом решительно пошел от фермы по дороге в сторону села подальше от назойливого корреспондента. Когда же я, догоняя его, снова окликнул, найдя какой-то аргумент для зацепки, он обернулся, едва не набросившись: «Да о чем говорить? Все равно правды нет. А вы, журналисты, все продажные...»

Есть, первая цель достигнута: мы уже стоим лицом к лицу, теперь ва­жно не упустить добычу. Говорю: «Ес­ли разочароваться и опустить голову, то вообще никаких шансов не останется. А лягушка в кувшине с молоком била­била лапками, набила­ масла и выбралась на свободу...». Тут же раздраженный ответ: «Да о чем вы говорите — вся страна в дерьме, пенсионный возраст поднимают для доходяг, а вы про лягушку...».

Впрочем, все это только маленькая картинка. Но та, которая очень даже подходит для выяснения больших вопросов. Она свидетельствует о том, с каким социальным настроением и самочувствием живут сельчане в отдельных селах и деревнях. Не могу утверждать, что так сплошь и рядом, но случай в Черки­Кильду­разах — это не модный ныне фейк.

Черки­Кильдуразы — это центральная усадьба бывшего колхоза «Коммуна». Хозяйства, которое с советских времен шло в числе передовых в Буинском районе. И по зерну, и по молоку, и по мясу. А возглавлял его Жаудат Хусаинов — руководитель жесткий, требовательный и умеющий держать в производственных отделениях дисциплину. Находясь у руля хозяйства около четверти века, он прошел с ним через тяжелые годы шоковой терапии 90­х годов, не дав колхозу развалиться. За высокие результаты был не единожды награжден высокими правительственными наградами и званиями.

Для журналистов он был находка: не стеснялся выражать свое мнение, критически высказывался в адрес высшего руководства, допустившего беспощадный для села диспаритет цен.

В декабре прошлого года Жаудата Салиховича не стало — умер. И вдруг люди как­то разом задумались: а что же бывший вожак оставил после себя? Какое наследство?

И поднялась такая разноголосица, такая перепалка! Люди разделились как бы на два лагеря.

Главное, вдруг выяснилось, что почти три четверти имущества хозяйства, ставшего в начале 2000­х годов «ООО» — то есть обществом с ограниченной ответственностью, переходит по наследству родственникам Жаудата Хусаинова. А это — большие миллионы. Да­да, при создании «ООО» 70% акций оказались в руках передового председателя, а 30% были распределены между несколькими специалистами. Делалось это, похоже, в тишине кабинета, поскольку истинное положение дел выяснилось для многих только сейчас. А выяснилось потому, что возникла реальная перспектива распродажи хозяйства по частям.

— Да что там говорить — жил он для себя, а не для людей, — услышал я и такие слова в селе.

Стали воспроизводить цепочку событий. Вспомнили, что и на зарплату руководитель был скуповат, и за аренду земельных паев не сразу стал платить. А когда в 2011 году группа молодых людей решила с земельными паями родителей и доверившихся им односельчан отделиться, чтобы работать самостоятельно, Хусаинов воспротивился. Оппозиционеры — за письма. Поднялся шум, в Черки­Кильдуразы нагрянули корреспонденты. Дело дошло до верхов, даже, говорят, письма из Буинского района дошли до следственного комитета... А потом как­то все сразу утихло, жизнь в ООО «Коммуна» потекла по­старому.

А вывод для себя сельчане сделали уже не первый раз такой: «Правды нет...»

Щепетильная ситуация, что и говорить. И не только для Черки­Кульдураз. Что касается закона, Хусаинов ничего противоправного, казалось бы, не сделал. Ну приватизировал колхозное добро, так что в этом такого? Когда под флагом рыночных преобразований шла полубандитская приватизация предприятий, царили безвластие и бесконтрольность, а анархия под вывеской «демократия» привела к созданию клана супербогатых людей и полунищих толп обманутых простых граждан, продолжать, как ни в чем не бывало, строить коммунизм на отдельно взятой территории было бы странно. Это означало бы ожидание прихода какого­нибудь более наглого и нахрапистого «москвича». Вот и дали в казанском кремле отмашку авторитетным руководителям: приватизируйте, мол, хозяйство, кто, как не вы, заслужили такого стимула. Да еще по 100 гектаров земли выделили — за большие заслуги.

Имущество колхозов создавалось, как известно, с конца 20­х и в 30­е годы прошлого века, когда обобществлялся скот крестьянских подворий. Кто­то добровольно распрощался с коровой, кто­то — с лошадью, кто­то — с сохой, став колхозником. А у тех, кто не хотел отдавать трудом праведным нажитое добро, отобрали силой. И потекли годы, сменяя одно поколение колхозников на другое. Приватизировав колхозное имущество, нажитое за многие годы колхозом, Хусаинов тем самым поджег бикфордов шнур, который начал тлеть.

То, что было понаделано в 90­х — начале 2000­х годов в стране, это тоже бикфордов шнур. Ориентируясь на запад, мы на определяющем перекрестке истории повернули не туда, выйдя на дорогу разврата: никаких ограничений, никаких ориентиров. Но на западе сами территории ограничены, а значит, приходится как­то на них умещаться, для чего вырабатываются правила приличного поведения. Но у нас­ то — Россия. Без конца и без края. Вот и пошли шуровать. Сначала — заводы и фабрики, потом — нефть и газ... Так очередь дошла до земли, колхозного имущества. И получается, что выбор –то у сельчан был не богатый: или распрощаться с собственностью бывших колхозов и совхозов, обреченно передав ее заезжим дядькам, или вручить в руки своим доморощенным руководителям. Поскольку не каждому простому труженику все эти премудрости можно было растолковать даже на самом длинном собрании, в некоторых хозяйствах все юридические процедуры прошли келейно.

Да, в редких хозяйствах у нас и сейчас сохранились колхозные отношения — с отчетными годовыми собраниями, ревизионными комиссиями, но это только там, где руководители продолжают сохранять пережитки прошлого: коммунистические идеалы и безнадежно устаревшую совесть.

«Коммуне» повезло — у хозяйства нынче хорошая перспектива. На буксир его взяло крупное, эффективно работающее сельхозпредприятие — ООО «Авангард». Это районное руководство уговорило генерального директора «Авангарда» Николая Курчаткина принять такое решение. Что уж тут лукавить: нелегко далось оно Николаю Григорьевичу, ведь «Коммуна» — это, по большому счету, дополнительная нагрузка для «Авангарда».

— Для экономики четыре тысячи кильдуразских гектаров — это капля в море, — говорит первый заместитель генерального директора ООО «Авангард» Расых Яфизов. — Что касается земли, то в соседней Чувашии, где у нас есть филиал, нам с радостью отдадут полрайона, было бы у нас желание. Ведь знают, как мы работаем...

И вот он, почерк «Авангарда», уже виден, что называется, невоору­женным глазом. С Расыхом Яфизовым, зоотехником МТФ ООО «Коммуна» Ринатом Ахмадуллиным и специалистом Черки­Кильдуразского сельского поселения Зульфатом Ахатовым мы идем по территории Черки­Кильдуразской молочно­това­рной фермы и созерцаем шаги сози­дания. «Авангард» пришел сюда в марте и за полгода сделал, казалось бы, невозможное. Вот четыре новые бетонированные силосно­сенажные траншеи общей вместимостью 9,5 тыс. тонн. Три заполнены и законсервированы, четвертая почти полная. Раньше траншеи здесь были земляные. Телятник №1: заменена кровля. Коровники... Проведена полная реконструкция с внедрением современных технологий: проложены проходы с кормовыми столами, расширены въезды для тракторов — прежде корма завозились на лошадях с ручной загрузкой и выгрузкой. Сейчас кормосмеси раздаются миксером «Хозяин». Обновлены молокопроводы, устанавливаются новые танки­охладители молока. Куплены два новых морозильника для хранения молозива, необходимого для выпойки новорожденным телятам, — раньше этого не было.

Во всех помещениях смонтирована новая система вентиляции. Везде — пластиковые окна. Закуплены новые навозоуборочные транспорте­ры. Вычищены от навоза выгульные площадки, установлены металличес­кие ограждения — как вокруг терри­тории фермы, так и на кардах. Приобретены трое передвижных электронных весов для перевески скота.

А это кабинет для специалистов, есть отдельная комната для ветеринарного врача, имеется лаборатория для приемщика молока и учетчика. А это бытовая комната для доярок. Для их подвозки и отвозки куплен новый уазик.

— С марта валовой надой молока на ферме с 9 тонн мы уже довели до 11 тонн, — сказал Ринат Ахмадуллин. — Доярки здесь всегда были сильными, а достигнута прибавка за счет включения в рацион животных энергетических и витаминных биодобавок...

В соседнем селе Черки­Ишмяково идет обновление территории машинно­тракторного парка. Она заасфальтирована и огорожена, а на месте деревянной будки заправщика ГСМ построена современная заправочная станция.

За полгода в ООО «Коммуна», не потерявшее, кстати, своего юридического статуса, новым инвестором вложено уже около 40 миллионов рублей.

Прямо скажем, руководству «Авангарда» не до внутренних разборок в «Коммуне» — сельхозпредприятие подцепило это общество и потащило с собой: со всеми его противоречиями, укладом жизни, привычками и традициями. Конечно, не всем это понравилось в «Коммуне»: от тех еще потрясений и тревог не отошли, а тут новые — что будет? Как дальше жить? А когда на ферме, на новой заправочной станции, на всех тракторах и комбайнах «Коммуны» были установлены системы видеонаблюдения и контроля, люди поняли — с прежней жизнью придется расстаться. Одни эти преобразования восприняли, как ограничение самостоятельности, задетую гордость, другие — как ветер долгожданных перемен...

— Руководство района уверено, что для «Коммуны» — это лучшее решение, — считает начальник управления сельского хозяйства в Буинском районе Радик Даутов. — В этом семеноводческом хозяйстве мощное токовое хозяйство, и эта специализация сохранена. Что касается остального... Обезлюдело ведь хозяйство, молодежи нет. В средней школе на семь деревень — меньше семидесяти учеников. «Авангард» — сильное, мощное предприятие, со строгой дисциплиной. Привыкнут кильдуразцы, адаптируются. Иного выхода для них не вижу...

— «Авангард» приобрел для первоклассников ранцы с полным набором школьных принадлежностей, сейчас помогает с ремонтом водопровода, мне кажется, конструктивный диалог с инвестором должен получиться, — заключил Зульфат Ахатов.

 

Владимир Белосков.

Вернуться в раздел "Время и люди"

Комментарии: